Читаем Unknown полностью

Следующая картинка рассматривает судьбу не сибирской нефти, а нефти из гипотетического арабского шейханата Эль-Заваруха, расположенного неподалеку от Персидского Залива. Сами бедуины, конечно, нефти не добывают, ограничиваясь получением дохода. Нефть добывает нанятый ими оператор – компания «Кусако Ойл Инкорпорейтед». Пролетариат – палестинцы, персы и филиппинцы, младший командный состав из Сирии и Египта, «мозговой штаб» из англосаксов. На карте шейханат можете не искать, а вот структура затрат и прибылей у него достаточно близка к таковым же для Саудии, Кувейта и других нефтяных королевств. Как видите, себестоимость много ниже, чем в России, и почти нет расходов на транспорт до танкера. Естественно, что в казну шейха поступает значительно большая доля из того же евро за литр, чем в Казначейство РФ. Зная судьбу коллег-скупердяев, шейх Абул-Натощах без всяких лифшицев давно дошел до мысли, что «надо делиться». Он и делится долей доходов с полноправной половиной обитателей княжества, кочевниками из племени Бану-Бедуин, и те разъезжают в «Мерседесах», от души благословляя своих не столь давних предков, которые пришли сто лет назад в здешний оазис, срубили три пальмы и стали пасти верблюдов. Об американских геологах, которые нашли тут нефть полвека назад, наши счастливцы, естественно, не помнят.

Что же до европейских правительств, то в их политике по нефтяному и, специально, по ближневосточному вопросу очень заметно, что они в ужасе пред перспективой прекращения или хотя бы сокращения поставок со Среднего Востока, а вот повышение цен их пугает не особенно, может быть, что и по вышеизложенным обстоятельствам.

Таким образом, когда мы говорим о 3.2% стоимостной доли ископаемых топлив в мировой экономике, мы имеем в виду именно первичные энергоносители – нефть, газ, уголь и не учитываем ни добавления стоимости при переработке и распределении, ни этих сказочных налогов.  Так было не всегда. На картинке, отражающей колебания цен от  самого начала почти до наших дней хорошо видно, что первые семь десятилетий ХХ века нефтедобыча баловала наше Отражение низкими и при этом довольно стабильными ценами. Ценотрясения начались с Судного Дня 1973 года и не видать, чтобы близились к концу.  Пик нефтяных цен пришелся на год после Исламской революции в Иране. Нынче цены тоже высоки, если по номиналу – так и выше, но сегодняшний доллар полегче, чем четверть века назад.

В Угольном Отражении  этого всего, конечно, не было. В этом-то отношении им можно позавидовать. Дела не только в том, что нефтеценовые кризисы  – и взлеты, и падения каждый раз немилосердно встряхивают  мировую экономику и политику – вспомните, навскидку, экономический развал конца 80-х, падение Советской власти и, в виде пародийного сиквела, дефолт с падением кабинета Киндерсюрприза, оба раза на провале нефтяных цен. Дело еще и в том, что ожидание новых скачков цены не позволяет как следует планировать, что абсолютно необходимо при  крупных структурных капвложениях. К примеру, вложениях в создание мощностей по производству синтетических топлив. Вложишь триллион, урезая все другие проекты планеты – а тем временем цена на нефть опять упадет, рынка для твоих синтинов не будет. Вон, Мексика пару десятилетий назад разорилась в большой мере из-за того, что вложила большие деньги в создание отрасли переработки и утилизации нефтяного газа, а сбыта по расчетной цене не получилось.

Угольные цены много стабильнее. Вот посмотрите, как  на одном и том же пятнадцатилетнем участке менялись среднегодовые цены на разные типы ископаемых топлив.

Цена на твердое топливо много флегматичнее, как видите. Почему? Ну, начнем с его распределения по планете. Если помните диаграмму из главы 10, там не было обездоленных регионов. Конечно, есть разница в себестоимости добычи, которая привела к закрытию убыточных шахт в Британии, Аппалачах, Франции, а теперь и на территории СНГ, при том. что в Китае, Южной Африке, Австралии, Польше, Нью-Мексико, да и на многих объектах Воркуты и Кузбасса уголек рубают вполне рентабельно.  Тем не менее, монополистов тут нет, устроить «угольное эмбарго» и невозможно, и никому не придет в голову по большой диверсификации этих ресурсов. С газом, и особенно, нефтью дело обстоит не так. Большая часть добычи вообще сосредоточена на неспокойном полусредневековом Среднем и Ближнем Востоке, «от Магриба до Машрика», как говорят арабы. Да и вообще большинство нефтеэкспортеров находятся в «Зоне Повышенного Риска».