Читаем Unknown полностью

 - Моя дорогая маркпза, - продолжил Вивиан, взгляните: я сдержал обещание, вот ваш браслет. Как сегодня поживает Джули?

 - Бедняжка, надеюсь, ей лучше.

 - О да, бедная Джули, надеюсь, ей лучше.

 - Я в этом не уверена, мисс Грейвс, - сказала ее светлость несколько язвительно, ничуть не одобряя идеи подхалимов. - Боюсь, тот крик прошлой ночью ее потревожил. О Боже, мистер Грей, боюсь, она снова заболеет.

 Мисс Грейвс скорбно подняла глаза и руки к небесам, но на этот раз ничего не решилась сказать.

 - Мне показалось, что у нее немного сонные глаза сегодня утром, - сказала маркиза, очевидно, очень взволнованная, - и я слышала от Эгламура - ему тоже нехорошо, думаю, все сейчас болеют, он подхватил лихорадку, когда ездил осматривать руины Пестума. Не понимаю, зачем люди ездят смотреть на руины!

 - Я тоже не понимаю, - согласилась мисс Грейвс, - никогда ничего интересного не видела в руинах.

 - О, мистер Грей! - продолжила маркиза. - Я действительно боюсь, что Джули серьезно заболеет.

 - Пусть мисс Грейвс дернет ее за хвост и даст ей горчичное зерно: завтра ей станет лучше.

 - Запомните этот рецепт, мисс Грейвс.

 - О да, миледи!

 - Миссис Феликс, - сказала маркиза, когда леди вошла в комнату, - вы сегодня опоздали, я всегда рассчитываю на вас как на сторонницу ранних завтраков в Шато-Дезир.

 - Я полукругом обошла парк.

 - Вы слышали крик, миссис Феликс?

 - Маркиза, вы знаете, что это было?

 - Нет, а вы?

 - Вот награда для ранних пташек, гуляющих перед завтраком. Это была одна из ваших новых американских птиц, и она почти разгромила ваш вольер.

 - Одна из новых американских птиц? Вот так озорница, и она разорвала новую прекрасную проволочную сетку?

 Тут странного вида желтый старикашка в коричневой накладке из волос, который на протяжении всего завтрака был очень занят холодным пирогом с дичью - Вивиан заметил, что кости из пирога он из научного интереса собирал и полировал - отложил нож и вилку и очень заинтересованно обратился к маркизе.

 - Умоляю, ваша светлость, соблаговолите сообщить мне, что это была за птица?

 Маркиза изумленно взирала на всякого, кто осмелился задать ей вопрос, так что сказала, медленно растягивая слова:

 - Мистер Грей, вы знаете всё, скажите этому джентльмену, что эта за птица.

 Этим джентльменом оказался мистер Макау, наиболее прославленный из живущих на свете орнитологов, автор трактата о бразильских попугаях, три тома ин-фолио. Он прибыл в Шато-Дезир накануне поздно ночью, и, хотя он имел честь вручить маркизе рекомендательное письмо, этим утром впервые его увидели гости, конечно, абсолютно не осведомленные о его характере.

 - О! Мы говорили о некой южно-американской птице, которую маркизе подарил знаменитый Капитан из Тропиков, возможно, вы его знаете - шурин Боливара, или адъютант, или что-то в таком роде, эта птица кричала ночью так ужасно, что напугала всю семью. Она называется «чаучаутау», не так ли, миссис Лоррейн?

 - Чаучаутау! - воскликнул мистер Макау. - Мне она не известна под таким названием.

 - Неужели? Осмелюсь заметить, что мы нашли упоминание о ней у Спикса, - сказал Вивиан, поднялся и достал том из книжного шкафа, - Вот! Я вам зачитаю:

 - Рост чаучаутау - примерно пять футов семь дюймов от холки до кончиков когтей. Оперение у нее темное, желтовато-белое, силуэт изящный, в движениях и действиях заметны приятное и грациозное чувство собственного достоинства,

 но ее голова едва ли достойна остального туловища, а выражение глаз свидетельствует о хитрости и вероломстве ее характера. Привычки у этой птицы особенные: иногда ее очень легко приручить, она, по-видимому, чувствительна к малейшим проявлениям доброты, но ее уважение нельзя заслужить, при малейшем понукании или раздражении она улетит от того, кто ее кормит. В другое время она ищет полного одиночества, и ее можно поймать лишь благодаря величайшему мастерству и настойчивости. В целом она ест трижды в день, но не ненасытна, спит она мало, обычно взлетает ни свет, ни заря, подтвеждая, что немного спит по ночам, своими ночными пронимающими до мозга костей криками.

 - Что за необычная птица! Эту птицу вы имели в виду, миссис Феликс Лоррейн?

 Мистер Макау пребывал в беспокойстве всё время, пока Вивиан читал этот интересный пассаж. Наконец, он пустился в научные выкладки и объяснения - ученые мужи часто жаждут объяснять, за исключением тех складкоречивых профессоров, которые читают лекции «при дворе» и которым оказывает покровительство конная гвардия, Лавуазье Майской ярмарки!

 - Чаучаутау, миледи! Пять футов семь дюймов высотой! Бразильская птица! Хочу лишь напомнить вашей светлости, что рост самой высокой птицы, которую нашли в Бразилии, и, упоминая об этом факте, я не упоминаю нечто гипотетическое - самая высокая птица ростом не выше четырех футов.