Читаем Unknown полностью

 - При дворе, - продолжил мистер Сиверс, - когда он не находится под контролем Бенкендорфа, и в тех незначительных вопросах, которыми не управляет и на которые не влияет премьер-министр, проявляется истинный характер великого князя. Поистине можно сказать, что слабость его ума стала источником его процветания. В ранней юности благодаря своему уступчивому характеру он без внутренних борений смог принять варварские обычаи и жестокость двора своего отца, та же уступчивость не позволила ему с фанатичным упорством противиться усилиям своих родственников, которые пытались дать ему образование и цивилизовать, и та же самая уступчивость сделала его готовым к обучению и рьяным учеником Бенкендорфа. Если бы ученик, взойдя на трон, отказался от своего наставника, вполне вероятно, по велению своих врожденных чувств он начал бы противостоять французам, и сейчас был бы первым среди второстепенных князей Германии, скорее всего, великий князь Райсенбурга и сам был бы медиатизирован. Но благодаря той же податливости, о которой я уже упоминал, он смог принять Наполеона, когда тот был императором, с распростертыми обьятиями, а сейчас он с таким же рвением принимает эрцгерцогиню Империи, которая скоро заедет сюда по дороге из Вены, чтобы женить его сына, поскольку, дабы увенчать свою карьеру великим деянием, Бенкендорф успешно договорился о браке дочери императорского дома Австрии с наследником престола Райсенбурга. Повсеместно считается, что следующим шагом Парламента станет преврашение короны великого князя в королевскую корону, и, возможно, мой славный сэр, когда вы приедете в Вену, вы удостоитесь чести быть представленным его величеству королю Райсенбурга.

 - Но раз вы говорите об уступчивости ученика, следует предположить, что о его талантах вы упомянули в ироническом смысле?