Читаем Unknown полностью

 - Боюсь вторгаться к вашей светлости, но я действительно не мог не принести вам обещанный рецепт.

 - Очень рад вас видеть, очень рад.

 - Это точный и правильный рецепт, милорд. «На две бутылки неигристого шампанского - одна пинта кюрасао». Глаза пэра загорелись, и гость продолжил: «Одна пинта кюрасао, фунт зеленого чая для аромата, и спрыснуть всё это виски «Гленливет».

 - Превосходно! - воскликнул маркиз.

 - Важный вопрос, который невозможно решить с помощью рецепта: как сохранить аромат. К какому из разрядов гениев принадлежит ваш шеф-повар, милорд?

 - Первоклассный! Лапорт - гений.

 - Отлично, милорд! Я буду чрезвычайно счастлив проконтролировать приготовление первой смеси для вас, и запомните непременно, - добавил Вивиан, вставая, - запомните, что его необходимо охладить.

 - Конечно, дорогой сэр, но, умоляю, не вздумайте уходить так рано.

 - Мне очень жаль, милорд, но я вынужден уйти под бременем обстоятельств, доброта вашей светлости огромна, но, боюсь, именно сейчас у вашей светлости нет настроения заниматься моими пустяками.

 - Что такого особенного случилось именно сейчас, мистер Вивиан Грей?

 - О, милорд, мне прекрасно известно о деловых талантах вашей светлости, но затруднительное положение, в котором сейчас оказалась ваша светлость, требует столь трепетного внимания, столь...

 - Затруднительное положение! Трепетное внимание! Юноша, вы говорите загадками. Конечно, я занимаюсь бизнесом и у меня много сделок, люди столь упрямы или столь глупы - конечно, они обратятся за консультациями ко мне, и, конечно, я почитаю это своим долгом, мистер Вивиан Грей, я считаю это долгом каждого пэра в этой богоспасаемой стране (тут его светлость перешел на парламентский тон), по своему характеру, по своему происхождению я почитаю своим долгом помогать советом всем, кто считает для себя приемлемым ко мне обратиться.

 Эффектная концовка!

 - О, милорд! - беззаботно заметил Вивиан. - Я думал, это всего лишь сплетни.

 - Думали что, любезный сэр? Вы действительно меня запутали.

 - Я хочу сказать, милорд, что считал такие инсинуации невозможными.

 - Инсинуации, мистер Вивиан Грей?

 - Да, милорд! Инсинуации: разве не видела ваша светлость новый выпуск Post. Но я знал, что это невозможно, я сказал это, я...

 - Сказали что, мистер Вивиан Грей?

 - Сказал, что весь параграф безоснователен.

 - Параграф! Что за параграф? - его светлость встал и яростно позвонил в библиотечный колокольчик:

 - Сэдлер, принеси мне Morning Post.

 Вошел слуга с газетой. Мистер Вивиан Грей выхватил ее из рук слуги прежде, чем она попала в руки маркиза, пробежал ее глазами со скоростью молнии, сложил страницы в удобной для чтения форме и вложил в руки его светлости, воскликнув:

 - Прошу, милорд! Это объяснит всё.

 Его светлость прочел:

«Нам стало известно о намечающихся изменениях в составе действующего правительства: Лорд Прошлый век, говорят, уходит в отставку, мистер Либеральные Принципы получит..., а мистер Мошеннический Покров... Благородный пэр, чьи практические таланты уже принесли пользу нации, покинув свою должность в Кабинете министров, попал в Палату пэров, сообщается, что им были предложены инициативы, характер которых можно осмыслить, но, в существующих обстоятельствах, с нашей стороны было бы нетактично на них намекать».

 Ястреб не мог бы смотреть на свою добычу с более неподвижной и тревожной серьезностью, чем Вивиан Грей на маркиза Карабаса, пока глаза его светлости блуждали по параграфу. Вивиан придвинул стул ближе к столу напротив маркиза, и когда параграф был прочитан, их глаза встретились.

 - Абсолютная ложь, - раздраженно прошептал пэр, сейчас выражение его лица казалось интеллектуальным.

 Но почему же мистер Вивиан Грей счел факт таких инсинуаций «невозможным», признаюсь, я удивлен.

 - Невозможно, милорд!

 - О, мистер Грей, невозможно - это ваши слова.

 - О, милорд, что могу я знать о таких вещах?

 - Нет-нет, мистер Грей, что-то, наверное, бродит в вашем мозгу: почему невозможно, почему невозможно? Ваш отец так думал?

 - Мой отец! О нет, он никогда не занимает свой ум такими вопросами, у нас - не политическая семья, не уверен, что он вообще когда-нибудь заглядывал в газету.

 - Но, дорогой мой мистер Грей, вы слова не скажете в простоте. Почему вы решили, что это невозможно? «Невозможно» - особенное слово.

 И маркиз задумчиво посмотрел на свой портрет, висевший над камином. Это было одно из наиболее удачных творений сэра Томаса, но удача заключалась не в сходстве и не в красоте живописи, в данный момент привлекшей внимание его светлости: он думал только о костюме, в котором предстал на портрете, о придворном костюме члена Совета министров.

 - «Невозможно», мистер Грей, слишком особенное слово, - повторил его светлость.

 - Я сказал «невозможно», милорд, поскольку уверен: если бы ваша светлость пребывала в расположении духа, в котором люди готовы публиковать такие инсинуации с каким-либо шансом на успех, положение маркиза Карабаса исключало бы саму возможность таких инсинуаций.

 - А! - и маркиз почти встал с кресла.