Читаем Unknown полностью

 Всем телом Вайолет повисла на руке Вивиана, но даже сейчас ему казалось, что она погибла, но утаивает это. Сколь торжественно молчание скорби!

 - Я обессилена, - продолжила мисс Фейн, - воспоминания о том, что он сделал, подавляют меня. Я не могу говорить об этом, воспоминания - это смерть, но все же вы должны об этом знать. То, что вы должны об этом знать, я пыталась рассказать вам прежде. Хотелось поделиться страданиями, которые я сейчас испытываю. Вам следует об этом знать. Я напишу вам письмо, вот что! Да, это то, что нужно, я напишу вам письмо, я не могу сейчас говорить - это невозможно, но остерегайтесь его, вы еще так молоды.

 - Мне не хватает слов, чтобы поблагодарить вас за это, мисс Фейн. Если бы я был жертвой фон Кенигштайна, я был бы вознагражден за все свои страдания мыслью, что вы сожалеете о моей беде, но я верю, что мне ничто не грозит - хоть я и молод, кажется, я - из тех людей, которые считают время своей жизни не по календарю. «Старый толмач, хоть и молод летами». Разве можно меня обмануть! Не беспокойтесь о своем кузене. Доверьтесь человеку, которого вы заставили думать лучше об этом мире и о своих ближних.

 Звук приближающихся шагов и легкий радостный смех сообщил о приближении гостей, гуляющих по саду так же, как наши герои.

 - Нам лучше вернуться, - сказала мисс Фейн. - Боюсь, леди Мадлен заметит, что мне нехорошо. Кто-то идет сюда! Нет, они не свернули на нашу тропинку.

 Это были мистер Сент-Джордж и Аурелия Фицлум.

 Драгоценные часы пролетели быстро, вскоре танец закончился, музыка утихла.

 Вивиан вернулся поздно. Открыв дверь, он удивился - в его комнате горел свет. За столом сидел какой-то человек. Незваный гость обернулся: это был Эспер Георг.

 ГЛАВА 13

 Читатель, должно быть, помнит, что Вивиан согласился пообедать с бароном на следующий день после праздника в его частных апартаментах. Такие договоренности на самом деле были не в обычаях Дома, но сильные мира сего, которым прислуживали ливрейные лакеи, позволяли себе нарушения правил, а метрдотель иногда смотрел на это сквозь пальцы. У Вивиана были причины не жалеть о том, что он принял приглашение, и никогда он не пожимал руку шевалье де Боффлера с большей сердечностью, чем в тот день, когда встретил его за обедом у барона фон Кенигштайна. Мистер Сент-Джордж не пришел.

 - Полшестого! - сказал барон. - Полагаю, он катается с Фицлумами. Аурелия, конечно, очаровательная девушка, но, думаю, леди Мадлен вряд ли одобрит их связь. Сент-Джорджи - благородных кровей, вероятно, он думает о браке с мисс Фицлум не более, чем мы, немцы, думаем о браке с женщиной без приставки «фон» перед фамилией. Мы здесь совсем одни, Грей, только шевалье и Сент-Джордж. У меня была мысль пригласить Сальвински, но он - просто неутомимый паровой двигатель, прошлой ночью он выдал такой длинный рассказ о своем разговоре с королем Ашанти, меня просто пугает малейшая вероятность того, что ему может взбрести в голову мысль закончить эту историю сегодня. Прошлым вечером вы рано ушли с вечеринки великого герцога. Дела шли хорошо.

 - Действительно, очень хорошо! - подтвердил шевалье де Боффлер, и эти его слова замыкали первую дюжину, произнесенную им с момента прибытия в Эмс.

 - Думаю, вчера вечером леди Мадлен Трэвор выглядела великолепно, истинная леди, да, Грей? А вот и Сент-Джордж. Дорогой друг, как поживаете? Исцелила ли вас прекрасная Аурелия от усталости прошлой ночи? А теперь, Эрншторфф, как можно скорее несите обед.

 Сегодня барон, очевидно, подстраивался под молчание своего друга шевалье. Он превзошел сам себя. История за историей, приключение за приключением следовали в волнуюшей спешке. Действительно, барон никогда не упускал возможность говорить на протяжении всего обеда, кроме тех случаев, когда восстанавливал силы с помощью вина, употребляемого им в большом количестве. Внимательный наблюдатель, возможно, счел бы хорошее настроение барона напускным, а его разговоры - результатом тяжелых усилий. Но настроение его, хоть и оживленное, в целом было ровным, а свои идеи, которые он всегда высказывал с легкостью, сейчас он изрекал в виде гладких формулировок. Обед длился долго, выпили много вина, намного больше, чем то количество, к которому привыкло большинство присутствующих за столом. Около восьми часов шевалье предложил пойти в Редут, но барон отказался.

 - Давайте поужинаем вместе, в Редуте мы уж точно провели достаточно времени. По-моему, одно из преимуществ праздника - то, что сегодня в Новом Доме ничего не происходит. Разговор - это что-то новое. По самым скромным подсчетам, сегодня я рассказал вам по меньшей мере пятьдесят оригинальных анекдотов. Я выполнил свой долг. Теперь - очередь шевалье. Вперед, де Боффлер, рассказывайте первый!

 - Помню историю, которую однажды рассказал мне князь Сальвински.

 - Нет, это уж слишком, никаких этих польских любовных историй в медвежьих углах, если мы будем слушать его истории, пусть уж он приходит к нам.

 - Но это очень любопытная история, - слегка оживился шевалье.

 - О, все истории таковы, если верить их рассказчикам.