Читаем Unknown полностью

- Предположим. Однако, в соответствии с британскими законами, вы все равно подлежите аресту за отказ от сотрудничества со следствием. Кроме того, сэр, мы ищем убийцу девушек, и вы можете помочь нам сделать это. Посмотрите.

Я достал фотографию Ирэн Вулф и сунул под нос репортеру. Ястреб изменился на моих глазах, осунулся, стал похож на худого, грустного пингвина.

- Благодаря этому информатору я написал немало статей, - проговорил он с сожалением в голосе.

- Понимаю, мистер Уильямс, но ситуация требует жертв.

- Хорошо! Я скажу вам его имя, но вы пообещаете мне держать меня в курсе расследования.

- Этого я обещать не могу. Не имею права.

- Тогда дадите мне интервью о Шерлоке Холмсе.

Я задумался. Репортер горящими глазами смотрел на меня, крутя в тонких, нервных пальцах карандаш.

- Хорошо, я дам вам интервью, но когда все закончится.

- Его зовут Том Броуди, патологоанатом из Скотленд-Ярда, - отчетливо сказал Тедди.

- Я так и знал, - буркнул я.

- Что вы сказали, сэр?

- Ничего, мистер Уильямс, - я поднялся со стула, протянул ему руку. – Благодарю за помощь.

Он некоторое время не отпускал мою ладонь, глядя мне в глаза.

- Я никогда не выдал бы вам информатора, доктор, - сказал он, тяжело дыша. – Даже если бы вы поджарили мне пятки газовой горелкой. Но у меня тоже есть дочь, сэр. Найдите его.

- Спасибо еще раз, Тедди, - сказал я и, осторожно высвободив свою руку, направился к выходу из редакции.

18

По Флит-стрит я быстрым шагом направился в сторону Скотленд-Ярда. Не прошел и двух сотен шагов, как меня ждал сюрприз.

- Ватсон!

Я встрепенулся. Из приоткрытой дверцы остановившейся напротив полицейской машины выглядывал инспектор Лестрейд.

- Детектив! – отозвался я. – А я как раз шел в Скотленд-Ярд.

- Решили прогуляться, вспомнить молодость? – сухо спросил Лестрейд. – Садитесь скорее в машину! Еще одна девушка пропала.

Позабыв все на свете, я бросился к автомобилю.

- Розамунд? Как ее фамилия, кто она?

- Не спешите, доктор. Пропавшую девушку зовут не Розамунд.

- А кто же она?

- Эмбер Уоллис, 17 лет. Отец – портовый грузчик в Уайтчепеле, мать – посудомойка в богатом доме.

- Значит, Садовник похищает и убивает девушек не в том порядке, что содержится в стихотворении, - сказал я.

- Или это не Садовник, - вставил инспектор.

- Возможно, - кивнул я. – Девушка из самого криминогенного района Лондона, из бедной семьи. Едва ли мы найдем ее связь с Лондонской библиотекой.

- Скорее всего, Ватсон. Боюсь, эта ваша идея с библиотекой не находит практического подтверждения.

- У вас есть другая идея? – спросил я несколько нервно.

- Нет, сэр, - ответил инспектор. – На данном этапе мы в тупике, и выбраться из него нам может помочь только посещение Уайтчепела. Едем?

Я молча взмахнул рукой.

Не думал, что так скоро вернусь в Уайтчепел. Серые улицы, редкие фонари, грязь, лужи, в которые можно провалиться по колено. Темные фигуры, время от времени появляющиеся на разбитом тротуаре. В основном это молодчики, которых врагу не пожелаешь встретить в темном переулке, а также женщины самого отвратительного вида, с надеждой заглядывающие в машину, улыбающиеся щербатыми ртами. Самое что ни на есть дно Лондона.

- Вот ведь райский уголок, - проворчал Лестрейд, глядя в окно. – Когда же муниципалитет, наконец, займется этим районом?

Инспектор назвал водителю адрес Уоллисов, и я невольно вздрогнул: это был тот самый дом, в котором месье Леруа развлекался весьма необычным и предосудительным образом.

В подъезде все также воняло плесенью и мочой, и даже сидел на перилах лестницы все тот же облезлый кот.

- Брысь, зараза, - шикнул на кота Лестрейд, когда мы поднимались по ступенькам.

Инспектор остановился перед уже знакомой мне дверью: именно в нее я постучался, думая, что там скрылся Леруа. Однако, француз был рядом, в логове проститутки Луизы. Насколько я помнил, знакомство с обитателями этой квартиры большого удовольствия мне не доставило.

- Квартира номер один, та самая, - проговорил Лестрейд и постучал.

Открыла женщина. Равнодушное лицо, потухшие глаза с синими кругами: эти круги могли появиться как от усталости, так и от кулаков ее мужа. Миссис Уоллис выглядела ровно так, как выглядят большинство женщин Уайтчепела, вынужденных за гроши заниматься тяжелой работой.

- Миссис Уоллис, мы из Скотленд-Ярда по поводу пропажи вашей дочери, - бодро отрапортовал Лестрейд.

Женщина ничего не ответила, отстраняясь. Мы вошли. К моему удивлению, обстановка в квартире оказалась вполне пристойной. Бедность сквозила изо всех углов, но это была опрятная бедность. Пол отдраен до блеска, старенькие занавески на окнах тщательно постираны и выглажены, на чистой постели – взбитые подушки.

- Пол, из полиции, - сообщила женщина.

Из кухни показался усатый матрос. Теперь он выглядел не таким устрашающим, как при нашей первой встрече.

- Это вы! – воскликнул он, узнав меня. – Вы, выходит, из полиции, сэр. А ведь мы с Клэр решили, что это вы похитили нашу дочь. Зачем вы ломились к нам посреди ночи?

- Что это значит, Ватсон? – недоуменно спросил Лестрейд.