Читаем Unknown полностью

хотелось просто лезть на стенку. В эти моменты я становилась согласной на все что

угодно, лишь бы мучения прекратились. Однако стоило мужчине коснуться

меня там, как боль трансформировалась в самые приятные чувства в мире, словно

одно невозможно без второго. В новых оттенках эмоций мое восприятие также

терялось, потому что я превращалась в зависимую от наслаждения. Сначала оно

было необходимо мне для облегчения боли. Когда спазмы отступали, я жаждала

этих ощущений ради них самих.

Тело казалось нереально тяжелым. Бедра дрожали в сладострастном экстазе,

которого все время было недостаточно. Я хотела больше. Я нуждалась в этом, как

ни в чем другом в мире. Даже не представляла, что могу быть такой жадной. Когда

утром осознала, что Собер покидает меня, то собиралась его остановить. Просто

не смогла физически открыть глаза и потребовать, чтобы он остался. Эта

лихорадка меня полностью истощила.

Неудивительно, что после такой тяжелой ночи я проспала до обеда, но когда

проснулась, меня все еще слегка потряхивало. Вялая. Выжатая как лимон.

Уставшая. Я провалялась в постели, не способная встать и проанализировать, что

же со мной такое происходит.

Это было неестественно. Что-то выходящие за рамки моего понимания. Это

сводило меня с ума. Мое тело перестало принадлежать мне. Его съедала

непреодолимая потребность в мужчине. В Собере.

В уголках глаз собрались слезы. Я закусила губу, зажимая между ног подушку,

чтобы создать давление на ноющее местечко. От того, что меня бросало то в жар,

то в холод, я каталась по постели, измяв под собой простынь.

Собер не показывался весь день. Если поначалу я радовалась этому, потому что

мне было бы стыдно посмотреть ему в глаза, то к вечеру сходила с ума из-за его

отсутствия. Это чертова болезнь выпила все мои силы, сделав безвольной. Честно

признаюсь, я звала его, но голос глушился стенами, а встать и отправиться на

поиски я не могла физически. Слишком ослабла, борясь сама с собой. Все, на что

меня хватило, это принять душ. Однако это тоже не принесло мне облегчения.

Теплая вода ни капли не помогла. Наоборот, лишь раздражала чувствительную

кожу.

Когда я уже обессилела и просто хотела умереть, такой желанный голос раздался

надо мной:

- Ты еще не оделась?

- Что? - я приподняла голову, открыла налившиеся свинцом веки и затуманенным

взглядом посмотрела на причину своих страданий.

Сколько он стоял здесь? Подкрался так бесшумно, что, я уверена, если бы не

заговорил, я бы и не узнала. Чертова животная грация.

- Пришло время для посвящения, - пояснил Собер.

- Для чего? — сознание было рассредоточенным.

Все, что сейчас меня волновало - это прекратить болезненные волны, которые

накатывали снова и снова. Какое посвящение, я даже вспомнить не могла!

- Мне очень плохо. Помоги мне. Пожалуйста, - взмолилась к мужчине, ненавидя

себя за слабость.

Собер присел возле меня. Провел своей рукой по моему лбу, убирая мокрые

пряди:

- Потерпи, скоро это закончится.

- Правда?

- Обещаю.

- Когда?

- Когда ты станешь моей!

Нахмурилась. Что-то не нравилось мне в этом предложении, но сознание

уплывало.

- Я не могу больше это терпеть, - обессилено пробормотала я.

Собер наклонился ко мне, сжал мои локти и слегка потянул на себя, заставляя

сесть:

- Сейчас мы наденем ночную рубашку, а затем отправимся на место сбора прайда.

Он поднял мои руки вверх, после чего натянул на меня пресловутую

тряпку. Собер лишь немного коснулся кожи, но и этого было достаточно, чтобы по

моему телу расползлись теплые волны. Волоски на коже наэлектризовались. Даже

самые маленькие. Я задержала дыхание, с надеждой посмотрев на

него. Однако Собер был занят тем, что поправлял на мне ткань ночной.

Я дернулась, пытаясь снова уловить малейшее прикосновение. В ответ получила

укоризненный взгляд:

- Твой муж ждет. Прайд тоже

- Ты... ты сделаешь это при них?

Тяжело вести разговор, когда полностью рассредоточен, а в голове каша.

- Я поступлю так, как захочу, - предупредил он.

Он издевался, а я даже разгневаться нормально не могла. Эта лихорадка хуже

всяких цепей сковала мои эмоции, оставив одно голое вожделение.

- Пожалуйста, давай останемся здесь, - предприняла попытку вымолить отсрочку.

- Поздно, котенок. Ты уже увязла в нашем мире. Теперь не вырваться. Нужно

придерживаться его правил.

- Собер...

- Иначе никак! — заверил он меня, прожигая взглядом.

Ласковым движением он заправил выбившийся локон за ушко, провел пальцами

вдоль скулы. Меня не волновало, что на голове, скорее всего, воронье гнездо и

выгляжу я неважно. Я потянулась к нему, словно наркоман за очередной

дозой. Жажда его прикосновений была непреодолимой.

- Ты... ты можешь перенести это? Пока мне не станет легче, - с откровенной

мольбой попросила Собера.

- Нет, - короткий ответ, который давал понять, что пощады не будет. - Сейчас мы

пойдем к прайду, перед которым Дерек заявит о вашем супружестве. Тогда я

потребую свое право первенства в спаривании. Таков закон прайда.

Я дернулась, повернула голову к нему, не веря тому, что слышу снова о их

проклятом законе, в то время как мне так плохо.

- Дерек, - нахмурилась, припоминая слова своего муженька, - не будет мешать