Читаем Unknown полностью

– А ты помнишь другую фразу, которую сказала я тебе? – спросила я. – Когда мы возвращались из Эдинбурга в Лаллиброх после того, как я… снова нашла Джейми. «Дом там, где нас, когда бы мы ни пришли, не могут не принять» (Р. Фрост «Смерть работника», – прим.пер.).

Подняв бровь, Йен посмотрел на меня, потом на Джейми, и покачал головой.

– Неудивительно, что ты так ее любишь, дядя. Она, должно быть, редкое утешение тебе.

– Ну, – сказал Джейми, не отводя глаз от своего занятия, – она продолжает принимать меня, так что, полагаю, она и есть мой дом.

КОГДА РАБОТА БЫЛА ОКОНЧЕНА, Йен в сопровождении Ролло понес заполненные пулями мешочки в хижину, Джейми затаптывал костер, а я упаковывала принадлежности для отливки пуль. Смеркалось, и воздух уже настолько посвежел, что пощипывал легкие, приобретя ту неповторимую живительно-острую прохладу, которая ласкает кожу, подобно дыханию весны, неутомимо скользящему над землей.

Я немного постояла, наслаждаясь этим. Работа была напряженной и жаркой, хотя выполнялась на улице, и холодный ветерок, поднимавший волосы с моей шеи, казался восхитительным.

– У тебя есть пенни, a nighean (девушка, (гэльск.), – прим.пер.)? – раздался рядом со мной голос Джейми.

– Что?

– Ну, любые деньги подойдут.

– Не думаю, но… – я порылась в завязанном на моей талии кармане, где на данном этапе наших сборов находилась почти такая же огромная коллекция всякой всячины, как и в спорране Джейми. Среди мотков ниток, бумажных кулечков с семенами или высушенными травами, иголок, воткнутых в кусочки кожи, маленькой баночки, полной шовного материала, черно-белого пятнистого пера дятла, куска белого мела и половины булочки, которую я, очевидно, не доела, потому что меня отвлекли, я действительно обнаружила затертый полушиллинг, покрытый пылью и крошками.

– Этот подойдет? – спросила я, вытирая и передавая ему.

– Да, – сказал он и протянул мне что-то. Моя рука автоматически ухватилось за то, что оказалось рукоятью ножа, и от неожиданности я чуть не выронила его. – Всегда нужно дать монетку за новый клинок, – с легкой улыбкой объяснил Джейми. – Чтобы он признал тебя своей хозяйкой и не повернулся против тебя.

– Своей хозяйкой?

Солнце уже коснулось верхушки хребта, но света пока хватало, и я взглянула на свое новое приобретение. Прекрасно заточенное с одной стороны лезвие было узким, но крепким, и в свете заходящего солнца режущая кромка светилась серебром. Рукоять из рога оленя в моей руке ощущалась гладкой и теплой. Два вырезанных на ней небольших углубления идеально подходили моему захвату. Определенно, это был мой нож.

– Спасибо, – произнесла я, любуясь. – Но…

– Ты будешь чувствовать себя более защищенной, если он будет при тебе, – сказал Джейми деловито. – О... Только еще одно. Дай-ка его сюда.

Я озадаченно передала нож обратно, и, поразившись, увидела, как Джейми слегка провел острием лезвия по подушечке большого пальца. Из неглубокой ранки потекла кровь, и Джейми, вытерев ее об штаны и сунув в рот порезанный палец, вернул мне нож.

– Нужно лезвием пустить кровь, чтобы клинок знал свое предназначение, – вынув палец изо рта, объяснил он.

Рукоять ножа в моей ладони была все еще теплой, но у меня словно мороз по коже пробежал. За редким исключением Джейми не делал чисто романтических жестов, и, если он давал мне нож, значит, считал, что он мне понадобится. И точно не для выкапывания корней или добывания древесной коры. Воистину – знать свое предназначение.

– Прямо по моей руке, – сказала я, глядя вниз и поглаживая небольшую выемку, куда прекрасно ложился мой большой палец. – Как ты сумел сделать так точно?

Тут он рассмеялся.

– Твоя рука достаточно часто держала мой член, чтобы я мог понять размер твоего захвата, Сассенах, – заверил он меня.

Коротко фыркнув в ответ, я развернула клинок и уколола подушечку собственного пальца. Нож был потрясающе острым: я едва ощутила укол, но капля темно–красной крови выступила сразу. Заткнув за пояс нож, я взяла Джейми за руку и прижала к его пальцу свой.

– Кровь от крови моей, – произнесла я.

И это тоже не было романтическим жестом.

ГЛАВА 10

БРАНДЕР*

(*Брандер - судно, загруженное горючими и взрывчатыми веществами, служившее для поджога кораблей противника в эпоху парусного флота. Обычно брандеры подходили на близкое расстояние к противнику и пускались по ветру или течению на его корабли. Команда запаливали фитили и покидала их. Горящие брандеры, сблизившиеся с кораблями противника, поджигали их, – прим. пер.).

Нью-Йорк

Август 1776

На самом деле, вести Уильяма о том, что американцы сбежали, были приняты гораздо лучше, чем он ожидал. Опьяненные чувством, что враг загнан в угол, войска Хау перемещались с ошеломляющей скоростью. Флотилия адмирала по-прежнему находилась в заливе Грэйвсенд, и в течение дня тысячи солдат были немедленно отправлены к берегу, откуда их на кораблях быстро переправили на Манхэттен. К закату следующего дня приведенная в боевую готовность армия начала наступление на Нью-Йорк – только чтобы обнаружить пустые окопы и заброшенные укрепления.