Читаем Unknown полностью

- Нет, всё верно. Без хотя бы информационной поддержки мы разве что слухи на рынке собирать сможем. Но я надеюсь, поддержка будет.

- От людей военной разведки?

- Эм-м… не совсем… Но да, в целом верно. – Саша отвела взгляд, и капитан не стал уточнять – хотя очень хотелось узнать, что значит: «не совсем».

А лес причальных мачт рос, становился ближе, гуще. Наконец, стали видны причалы – и сам город. Воздушный порт действительно был устроен очень необычно – он опоясывал поселение серым кольцом стальных и каменных конструкций, которые частично сливались со старинными глиняными крепостными стенами. Громады причальных платформ врастали в них, острые иглы швартовочных мачт высились по обе стороны от фортеций, на зубцах тут и там торчали решётчатые башенки портовых кранов с далеко вынесенными стрелами и жутковатые лапы погрузочных манипуляторов, над которыми вились струйки пара от работающих котлов. Вся эта машинерия из металла и гранита словно бы держала в осаде древний азиатский город, жёлтый от глины и изумрудны от листвы. Она уже перебралась за укрепления, и изнутри к стенам примыкали ангары, эллинги, складские павильоны… Однако проникнуть глубже не удавалось – в центре поселения до сих пор шумел пёстрый, яркий восточный базар, и окружающие его особняки знати тонули в зелени пышных садов. Между духом востока и современностью сейчас шли ожесточённые бои на улицах, если выражаться образно. Ещё только приближаясь к воротам, Николай обратил внимание, что очереди на въезд ждут как повозки-арбы с высокими колёсами из прочного дерева, так и одинокий паровой трактор с прицепом – очевидно, принадлежащий портовым службам.

- А дыма меньше, чем в Чимкенте. – Привстав в стременах, произнёс Джантай, доселе молчавший.

- Ну так, заводов тут нет, хоть город и большой. – Отозвался капитан. – А машины порта много дыма и не дадут. Тем более, тут половина, как я смотрю, европейского производства, качественные. Ладно, сворачиваем, в эти ворота нам не надо.

Группа забрала в сторону и двинулась параллельно городской стене, держа её в поле зрения. Попасть внутрь они собирались с противоположной стороны, с юга. Уловка, конечно, примитивная, однако пренебрегать ей было бы глупо. Если у неведомого противника имелось мало людских ресурсов, то он мог установить наблюдение лишь за наиболее вероятными направлениями, с которых ожидалась погоня. И всё же Николай, памятуя прошлые визиты в города ханства, внутренне приготовился к неприятностям прямо на входе. По счастью, на сей раз всё прошло гладко. Стражи южных врат, измотанные многочисленными прибывающими в город, лишь поинтересовались целью визита, удовлетворились ответом: «По делам», пересчитали всадников, собрали пошлину и тут же забыли о русских, переключившись на следующих визитёров – хивинских купцов с целым караваном пряностей. Словно и не бушевало совсем рядом масштабное восстание. Контраст с ощетинившимся пушечными жерлами Чимкентом удивлял. Особенно учитывая, что изъеденные портовыми сооружениями крепостные стены едва ли могли защитить город от сколь-нибудь серьёзного нападения. Неужели горожане, местные купцы, солдаты и представители власти настолько не ассоциировали себя с Хокандом, что восстание против ханского престола не принимали на свой счёт?

- Удивительно беззаботное место. – Не удержавшись, произнёс он вслух, когда четвёрку пропустили через караульный пост.

- Но нам нельзя поддаваться этой беззаботности. – Саша вздохнула, хмурясь. – Сохраняйте бдительность.

- Не извольте беспокоиться, Александра Александровна. Держим ушки на макушке. – С улыбкой заверил унтер Черневой, в самом деле сторожко поглядывая по сторонам. Благо, вокруг было немноголюдно. Из-за медленной работы караульных по ту сторону ворот толпа образоваться просто не успевала, слишком уж мелкими порциями прибывающие просачивались внутрь. Зато, как и в Пишпеке, прямо от стены начинались ряды крытых лавок, где уставшим путникам, вошедшим в город, предлагали еду, горячий чай, холодный кумыс, талисманы от сглаза, новые уздечки и прочую мелочёвку. По ценам, естественно, завышенным до небес – всё то же самое на прилавках ближе к центру стоило в три-четыре раза дешевле. Капитан и его товарищи проехали мимо этих магазинчиков, не обращая внимания на зазывания хозяев – некоторые из которых, опознав во всадниках чужестранцев, пытались кричать на английском, русском и даже немецком.  Лишь когда ломящиеся от товара лавочки и возгласы торговцев остались за спиной, Дронов смог спросить, не повышая голоса:

- Ну что, теперь в гостиницу?

- Угу. – Кивнула стажёрка, поравнявшаяся с ним. Ширина улицы давал возможность ехать в ряд не то, что двум всадникам – даже три или четыре телеги разминулись бы без труда. Такими пыльными, не мощёными «проспектами» в Ташкенте соединялись попарно все главные врата, что с воздуха выглядело даже красиво. Азиатские города редко могли похвастаться чёткими линиями в планировке.

- А после?