Читаем Unknown полностью

лучше, чем я. Ты приперся сюда сказать это?

- Дортмун…

- Убирайся отсюда вон прямо сейчас,- сказал Дортмундер и ткнул пальцем с крупной костяшкой в дверь.

- Позволь мне…

- Ты и тот Ричард Смарт или как там его зовут,- бушевал Дортмундер,- вы двое можете идти к черту и не смейте сюда больше возвращаться!

5

Мэй приготовила специальный ужин, все, что любил Джон: Солсбери стейк, приготовленная на пару фасоль, картофельное пюре с добавлением белого хлеба, пиво в банке и желез из бойзеновых ягод на десерт. На столе стояли кетчуп, первоклассный подливка, вустерширский соус, соль с перцем и сахаром, маргарин и банка сгущенного молока. Она готовила блюда до полуночи, а после поставила их в духовку, чтобы они не остыли к приходу Дортмундера в 3:45.

Когда он вошел, то по опушенным плечам она поняла, дела закончилось неудачей. Может подождать и поговорить с ним в другой раз? Нет. Если она будет дожидаться хорошего настроения Джона Дортмундера, то они очень сильно состарятся, прежде чем ей выпадет такой случай.

Он бросил сумку с инструментами на серое кресло. Послышался лязг. Затем расстегнул черную куртку, снял черные перчатки, покачал головой и произнес:

- Даже не знаю, Мэй. Я просто не знаю.

- Что-то не так?

- Двадцать пять минут я продирался сквозь ту дверь. Все сделал правильно, подкопаться не к чему, все идеально. Ни звука, ни вздоха. Я прохожу через дверь, включаю свет … и знаешь что?

Она покачала головой:

- Даже не представляю.

- Пусто.

- Пусто?

- Начиная с прошлого вторника и до сегодня, - продолжил он, размахивая одной рукой,- они сворачивают свой бизнес. Можешь такое представить себе? Еще в прошлый четверг я прогуливался там, и они работали, да у них были 50%-ые распродажи, но они работали. Кто думал, что они закроются?

- Временами бывает тяжело,- произнесла Мэй.

- Хотел бы я добраться до хозяина этого магазина и настучать ему прямо по голове.

- Ну, это ведь и не его вина,- успокаивала Мэй.- Он наверно тоже расстроен закрытием.

С циничным выражением лица Дортмундер покачал головой и ответил:

- Не так чертовски, как я. Он «поднялся» на продаже, будь уверена в этом. А что получил я? Полный ноль.

- В следующий раз все будет по-другому,- женщина не знала, как еще его утешить.- Иди, умывайся. Я приготовила тебе вкусный ужин.

Дортмундер кивнул, тяжело и обреченно. По дороге в ванную пожимая плечами, по-прежнему в куртке, он пробормотал:

- Жить на деньги женщины,- и снова покачал головой.

Мэй скривила лицо. Он всегда произносил эту фразу, когда дела шли плохо. Истинная правда. Когда он не приносили домой деньги, они вынуждены были жить на ее зарплату и «льготы» из «Бохэк», но она не возражала. И об этом она сказала ему уже сотню раз. На самом же деле она возражала лишь против одного – его фразы:

«Жить на доходы женщины». Когда она слышала эти слова, у нее складывалось ощущение, что он не хочет иметь ничего общего с кассиром из «Бохэк». Ах, ладно. Он ничего плохого не имеет в виду. Мэй направилась в кухню, чтобы подготовить ужин, а также поменять сигарету в уголке рта. Та сгорела настолько, что была сейчас не больше крохотного уголька, который обжигал ее губы. Она подняла руку, вытащила горящий окурок изо рта и опустила его в раковину, где он полностью потух. Мэй сразу же достала пачку Лаки страйка из кармана свитера и выдернула оттуда сигарету. Это напоминало извлечение жертвы из смятого автомобиля после несчастного случая. Высвободив сигарету, она выпрямила и разгладила ее, а затем отправилась на поиски спичек. В отличие от большинства заядлых курильщиков она не умела зажигать новую сигарету от старой, ведь она скуривала ее настолько, что от той практически ничего не оставалось. Так что у нее была постоянная проблема со спичками.

Как сейчас, например. Во всей кухне их не нашлось. Вместо того чтобы продолжить охоту на спички по квартире, женщина повернулась к газовой горелке, наклонилась и начала подкрадываться к пламени, как слишком любопытный человек к чужому окну. Запах сигаретного дыма смешался с вонью паленой брови. Закрыв глаза, она отскочила назад, запыхтела, потрясла головой, протерла глаза, выключила плиту и занялась ужином.

Дортмундер сидел за столом в гостиной, когда она внесла две тарелки с горячим, удерживая их разноцветными прихватками. Джон посмотрел на еду, которую она поставила перед ним и почти заулыбался.

- Выглядит замечательно,- сказал он.

- Думаю, тебе понравится,- и она села напротив него.

Какое- то время они ели, не произнося не звука. Она не хотела спешить с этим разговором, а по факту она даже не была уверена, как его следует начинать. Все что она знала – разговор предстоит нелегкий.

Мэй подождала, пока они съели желе, и выпили кофе, а затем решилась:

- Сегодня звонила мама Марча.

- О, нда?- в его голосе его не послышался интерес, но не было и подозрения.