Читаем Unknown полностью

- Ну. Не могу сказать, что мне это понравилось.

- Давайте послушаем еще раз,- сказал человек из ФБР и все замолчали, ожидая пока техник, снова отмотает пленку назад.

Герберт Харрингтон вытащил белый носовой платок из нагрудного кармана пиджака и промокнул крошечные бусинки пота, поблескивающие на бледном высоком лбу. Уравновешенный, собранный, успешный 57 летний адвокат, работающий в корпорации. Он был готов к непредвиденным ситуациям и кризисам, которые случались на Уолл-стрит: неделями сгущались тучи, разбавленные редкими конференциями или официальными заявлениями о невиновности, затем шквал телефонных звонков, концентрирование капитала на спорной границе, а после возможно дня три или неделю, может даже месяц активных покупок, продаж, слияний, объявлений банкротства и тому подобное. Драма с размахом, эмоциональные кульминации как в тщательно продуманной и подготовленной опере.

Но это…Они похищают мальчика в 16:00 и уже в 21:00 того же дня требуют сто пятьдесят тысяч долларов выкупа. Старого образца. В похожих ситуациях, на Уолл-стрит обычно проходит три или четыре рабочих дня прежде чем кто-либо заметит исчезновение мальчика. Затем проходят недели или месяцы, в течение которых похитители открыто, заявляют, что ребенок находится у них, что они не заинтересованы в его «продаже», что не будут рассматривать никаких встречных предложений. И тогда наступает тупик в переговорах. Герберт Харрингтон или его представитель будут утверждать, что (а) заинтересованы в обсуждении выкупа, (b) что существуют затруднения с наличными и налоговым статусом для проведения такого выкупа, (c) что у него вряд ли еще будут сыновья – все это, в конце концов, разрешиться осторожными договоренностями между сторонами. Торги, угрозы, посредники и вся эта масса переговоров возникали и длились как праздничная месса несколько недель, прежде чем кто-либо упоминал о долларе. А по факту доллар будет самой малой проблемой. Необходимо провести операции с акциями, вычет процентов, перевод акций один к одному, скользящую шкалу ставок и соглашение с определенной долей прибыли. Вместо того чтобы…

- Готово, - раздался голос техника.

- Запускай,- приказал человек из ФБР.

Все они говорили отрывистыми фразами, и у Харрингтона из-за этого начались головные боли…

Из аппарата послышался голос:

- Слушаю?

А второй голос спросил:

- Это Герберт Хар…

- Это я? Мой голос звучит по-другому,- вмешался Харрингтон.

- Останови,- сказал сотрудник ФБР технику и тот нажал на паузу, а затем снова отмотал ленту в самое начало, а Харрингтона он попросил:- Давайте просто послушает.

- Да, конечно,- согласился Харрингтон.- Извините, я не хотел прерывать, я просто сильно удивлен.

- Запускай,- приказал фэбээровец, и лента снова пришла в действие.

- Слушаю?

Его голос звучал более мягко, не так мужественно, как вживую. И восторга по этому поводу он не ощутил.

- Это Герберт Харрингтон? – поинтересовалась женщина, судя по голосу, среднего возраста, с нью-йоркским акцентом и легкой агрессивностью.

Голос нервной женщины, как у тех, что водят такси.

- Да, это я. Простите, а кто это?

- У нас твой парень.

- Прощу прощения?

- Повторяю «У нас твой мальчик». Это значит, что мы его выкрали, мы похитители. Я одна из них, а это телефонный звонок.

- О, да! Конечно, извините. Морис связался со мной, когда вернулся домой.

- Что?

- Мой шофер. Он очень расстроился, сказал, что так трудно управлять автомобилем, когда руки прикованы к рулевому колесу.

Наступила короткая пауза.

- Послушай, давай-ка начнем сначала,- раздался голос женщины.- У нас твой ребенок.

- Да, вы уже говорили об этом. А это телефонный звонок.

- Верно. Все правильно. С твоим Бобби все в порядке. И с ним…

- Что вы сказали?

- Я сказала «С твоим Бобби все в порядке. И с ним…»

- Вы уверены, что не ошиблись номером?

- Джимми! Я не имела в виду… я говорила о Джимми. С твоим Джимми все в порядке. И с ним все будет хорошо, если ты согласишься сотрудничать.

Тишина. Послышались на заднем фоне какие-то помехи: буп- буп- буп- буп- бупбуп- бип- буп- буп- буп.

- Ты меня слышишь?- спросила женщина.

- Да, конечно.

- Ну, что? Ты собираешься договариваться или не собираешься?

- Естественно, я буду сотрудничать.

- Наконец-то. Окей. Хорошо. Во-первых, никакой полиции.

- О, Боже.

- Что?

- Вы должны были уведомить меня заранее. Или лучше всего, предупредить Мориса.

- Что, черт возьми, ты имеешь в виду?

- Ну, я уже связался с полицией. На самом деле, они находятся прямо здесь.

(И в этот момент сотрудник ФБР начал размахивать руками вперед и назад, намекая, чтобы тот замолчал. Только теперь Харрингтон вспомнил, что ему не следует упоминать о прослушке звонка. Ведь в постановлении суда ничего не говорилось об информировании людей о том, что их разговор записывается?)

- Ты уже вызвал их.

- Ну, я счел это необходимым. Морис говорил, что вы вооружены и опасны.

- Верно, хорошо. Пропустим эту часть. Ты хочешь обратно своего ребенка, верно?

Легкое колебание.

- Ну, конечно.