Читаем Unknown полностью

Высокомерие, которое раньше было в его взгляде, исчезло, сменившись сильными и настойчивыми эмоциями. Желание. Потребность. Нужда. Все это было во взгляде и он не сделал ничего, чтобы скрыть это. Он не стеснялся своих эмоций, но я не была готова ни видеть их, ни иметь с ними дело. Двигаясь боком, я повернулась спиной к Рену. Теперь я могла рассмотреть танцпол. Я увидела Древнего, но сейчас он разговаривал не с одним Фейри. Еще один присоединился к ним.

Раскачиваясь в такт музыке,я прикусила губу, когда Рен взял меня за талию и притянул вплотную к себе.

– Поаккуратней, – сказал он, касаясь носом моей щеки. – Уверен на сто процентов, он еще не забыл это прекрасное личико.

Понятия не имею, было ли это просто заявлением, комплиментом или оскорблением. Его рука скользнула на мой живот, а пальцы начали блуждать по нему. Танцуя, я поняла, что принять такое положение было плохой идеей. Каждое легкое касание моих бедер сопровождалось трепетной дрожью осознания, пронзавшей меня. Его другая рука опять легла на мое бедро, и когда он, наконец, почувствовал ритм и начал двигаться позади меня, я поняла, что изо всех сил старалась не забыть, как дышать.

Это... это было уже слишком, и тем не менее я не оттолкнула его. Я не сделала ровным счетом ничего, чтобы увеличить расстояние между нами.

Наши тела слились воедино и ощущение его тела, прижавшегося к моей спине, превращало мои внутренности в медленно закипавшую раскаленную лаву до тех пор, пока я не почувствовала его влажный и теплый рот возле моей шеи прямо под ухом. Казалось, в этот миг раскаленная лава вырвалась горячим потоком наружу. Рен не двигал своими грешными губами. Он ждал моей реакции, и с каждой уходящей секундой я терялась в тенях, в наших движениях и в подобии того древнего как мир акта, который мы имитировали в танце.

Он поцеловал меня в месте пульсирующей жилки, и стон вырвался из меня. Мои глаза закрылись, когда он осыпал мое горло дорожкой из коротких, сладких поцелуев. Но ведь это не по–настоящему, только для дела. Я продолжала твердить себе это, когда его большой палец двигался медленными круговыми движениями под моей грудью. Мы просто сливались с толпой. Это все. Но мое тело отказывалось верить в это. Моя грудь болела, а между бедрами пульсировало. Возбуждение гудело по всему телу.

Открыв глаза, я увидела пару, стоящую рядом с нами. Они были обычными людьми и прижимались друг к другу так тесно, что нельзя было сказать, где начинается один и где заканчивается другой. Их рты слились в поцелуе, а рука парня была у девушки под юбкой платья.

Боже, я хотела, чтобы Рен точно так же ко мне прикасался. Это было совершенно неправильно и безнравственно, но лишь одна мысль об этом заставила мою спину выгнуться, а ягодицы вжаться в него.

Воздух с шумом покинул мои легкие. Чувствуя его, я знала: то, что я видела в его взгляде, не было наигранным. Он был полностью вовлечен в процесс. Пока мои бедра терлись о него в танце, я почувствовала, как его брюки стали ему тесны.

Это все выходило из–под контроля.

Рука Рена на моем бедре опустилась ниже. Кончики его пальцев скользили по обнаженной коже левой ноги, заставляя меня трепетно дрожать. Казалось, не было ничего неправильного и смущающего в этом. Его рот оставлял дорожку поцелуев на моей шее.

– Он все еще за столиком, – прошептал он. Я едва его слышала из–за музыки, сливающейся со стонами, окружавшими нас повсюду, а также из–за своего бешено колотящегося сердца.

Я уже собралась ответить, но он вдруг зажал мочку моего уха между зубами, и все слова потерялись в стоне наслаждения. Он потянул ее сперва вниз, а потом в сторону. Рен усмехнулся, мне бы следовало разозлится, но все мои чувства были обострены до предела, а тело, казалось, полыхало в огне.

Его руки опять начали двигаться по моему телу. Одна остановилась на моем животе, поглаживая большим пальцем выпуклость под моей грудью. Будь проклят это лифчик, который образовывал серьезное препятствие между нами. Я чувствовала, как мои соски затвердели, а боль усилилась. Мое дыхание стало прерывистым, и я уже не была уверена, танцевали ли мы или просто терлись друг о друга.

Мой взгляд метнулся к тому месту, где был Древний, и я увидела, что Рен не лгал. Маленькие, восхитительные ощущения зародились внизу моего живота, когда его рука скользнула под подол мой юбки, заставляя резко прислониться к нему, теряя ритм. Я схватила его руку, впиваясь ногтями в его кожу.

Рен остановился.

Очевидно выжив из ума, я не оттолкнула его руку, а ведь это было одобрением, в котором он так нуждался. Его рука обвила мое бедро. По моей крови пронесся огонь, разжигаемый утробным рычанием, исходившим от Рена сзади.

Его дыхание ласкало мою шею, а затем и подбородок. Он запечатлел поцелуй в углу моего рта. Все это время его грудь тяжело вздымалась и опускалась, прижатая вплотную к моей спине.

– Я польщен, – прошептал он