Читаем Unknown полностью

– О, здесь совершенно потрясающий смысл. В моем мире тебе не обязательно кто–то должен нравиться, чтобы заняться с ним сексом. Это всего лишь зов природы и чтобы достичь его...

Пока Динь разглагольствовал о специфике спариваний своего вида, я взяла сахарницу и высыпала небольшую кучку сахара на стойку.

– Тебе всего лишь нужно позволить этим плотским... святые яйца брауни! – Динь опустился на колени перед кучкой сахара. Он начал передвигать крошечные гранулы в другую кучку, тихо считая.– Один, два, три, четыре, пять, шесть... – остановившись, он поднял взгляд и нахмурился. – Где ты этому научилась?

Я пожала плечами и прикусила нижнюю губу.

– Да так. В какой–то серии "Сверхъестественного" увидела.

Динь уставился на меня.

– Что? – хихикнула я, указывая на две кучки сахара на стойке. – Честно говоря, я до конца не верила, что это сработает.

– Меня провела фанатка братьев Винчестеров, – он сложил руки на груди и покачнулся, прежде чем шлепнуться на бок. – Моя репутация разбита вдребезги. Остается только покончить с собой.

Смеясь над его положением, я наклонилась и ткнула его в ногу. Он же вскинул руку, ударяя меня, а потом сел и начал заново пересчитывать.

– Я ненавижу тебя, – пробормотал он. – Взгляни на меня. Я похож на фанатика крэка. Мне просто необходимо знать, сколько их тут. Здесь могут быть сотни или даже тысячи. Я должен узнать, сколько именно...

Раздался звонок в дверь, и желудок скрутило. На дрожащих ногах, я посмотрела на часы, что висели над плитой. Было пару минут десятого, поэтому, должно быть это Рен. Мой взгляд метнулся к коридору, а потом к тому месту, где Динь тщательно подсчитывал сахар.

– Тебе необходимо пойти в свою комнату.

Он посмотрел на меня растерянным взглядом.

– Но...

– Забудь про сахар. Рен здесь и он не должен увидеть тебя.

Динь нахмурился.

–Я не боюсь его.

– А я и не говорю, что боишься, – чувствуя подступающую злость, я подбоченилась, – но ты же понимаешь, он не должен тебя увидеть.

Раздался еще один стук в дверь. Не выдержав, я схватила Динь за талию.

– Эй! – крикнул он, обхватив мои пальцы рукой. – Поаккуратней, Годзилла в женском обличье, ты меня раздавишь!

– Да не раздавлю я тебя, успокойся и прекрати биться своими крыльями о мою руку, это сбивает с толку, – держа его в руках я обошла стойку и направилась в его комнату, не обращая внимания на его свирепый взгляд. – Сиди здесь и будь паинькой.

Он сощурился.

– Я не твоя собственность.

Я закатила глаза.

– Динь, веди себя хорошо, – я открыла дверь и забросила его в комнату. Он тут же расправил крылья, выгнулся, развернулся и ухватился за дверь. – Блин, Динь, – я уже просто кипела от злости, – зайди в комнату.

– Ты собираешься переспать с ним сегодня ночью?

– О Боже! Динь! – стук раздался уже в третий раз, и я стала тянуть дверь на себя, намереваясь захлопнуть ее.

С удивительной силой, он сумел удержать дверь и потянуть ее обратно, а потом втиснулся между ней и дверной рамой. Я могла продолжить тянуть ее, но тогда, скорей всего, раздавила бы его.

– Я могу пойти с тобой.

Теряя терпение, я начала считать до десяти. Сосчитав до пяти, сказала:

– Динь, ты знаешь, что не можешь пойти со мной.

Он вздохнул громко и драматично.

– Ты такая зануда.

Я не спускала с него глаз, пока он не отпустил дверь, и только после вздохнула с облегчением.

– Пожалуйста, будь паинькой. Ладно?

Взгляд а–ля "я–сама–невинность" появился на его лице.

– А когда я не был паинькой?

Это не сулило ничего хорошего, но я наконец–то смогла закрыть эту долбанную дверь, а затем поспешила к входной. Дернув за ручку, я уже была готова принести извинения за то, что так долго не открывала.

Но все слова мигом вылетели из головы, как только я увидела Рена.

В этом своем облачении, он выглядел безумно сексуально и чертовски соблазнительно. Что ж, он определенно заслужил пару дополнительных очков в свою пользу.

Он все–таки справился со своими вьющимися волосами и зачесал их назад, открыв таким образом все лицо, высокие скулы и полные губы. Белая рубашка прекрасно подчеркивала его мужественные широкие плечи и оттеняла золотистую кожу на шее. А дальше я заметила еще одну вещь, на которую раньше почему–то совершенно не обращала внимания: у него на шее висел кожаный шнурок, конец которого скрывался за воротом рубашки. Я была уверена, что это клевер, но продолжив дальше осматривать его я быстро обо всем забыла. Из–за воротника рубашки виднелись края татуировки, а рукава он закатал по локоть, оголив мощные предплечья. Черные брюки завершили этот образ. Достаточно непринужденный стиль.

Когда я вновь посмотрела на него, я поняла, что не одна я внимательно рассматриваю. Он тоже смотрел на меня довольно интенсивным, поглощающим взглядом, что я даже отошла от двери, вдруг почувствовав себя такой... уязвимой. Как будто меня выставили перед ним на показ.

Краска прилила к лицу, и я опустила руки по швам.

– Извини... я тут... немного задержалась. Я просто... – я запнулась, так как он все еще смотрел на меня не отрывая взгляда. –Что?