Читаем Unknown полностью

Ладно, это прозвучало странно.

В пятницу у меня было две пары: философия и статистика. На счет первого я не возражала и даже считала этот предмет интересным, что же касается статистики, то я бы предпочла выщипать себе ресницы ржавыми щипцами.

Мне удалось перехватить бутерброд перед статистикой и заставить себя усесться на место. Пока я ждала преподавателя, который явно не спешил и, кажется, сам страшился посещать собственные занятия, мои мысли снова и снова возвращались к прошлой ночи – к Рену.

Одна мысль не давала мне покоя всю ночь – почему я не спросила его, зачем он преследовал существо, которое, как он утверждал, было Древним?! Которое должно быть Древним. Я была настолько поглощена его нападением и новостью о том, что этот Фейри был Древним, что даже не подумала спросить, какого хрена он вообще там забыл.

Единственным моим предположением было то, что он охотится на Древнего, но почему...

– Выглядишь дерьмово.

Я повернулась налево, глядя как Джо Энн Вудвард плюхнулась на место рядом с моим.

– Спасибо. Теперь мне стало еще лучше.

Она мягко улыбнулась, доставая массивный учебник по статистике, и заправила за ухо локон густых, миндального цвета, волос.

– Да, с моей стороны это было подло.

Учебник шумно грохнулся на стол. Книга была такой большой и толстой, что ее без сомнений можно было использовать, как оружие.

– Серьезно, как ты себя чувствуешь?

Мне правда нравилась Джо Энн. Мы познакомились на первом курсе в Лойоле, на ознакомительном занятии по психологии. Мы с этой соблазнительной брюнеткой сразу поладили. Она была по–настоящему милой и сладкой, как клубника в сахаре, тем редким человеком, который не может сказать о других ни одного плохого слова. Она была именно той, с кем я хотела быть лучшими друзьями, и когда мы вместе тусовались я чувствовала себя... нормальной.

Это ощущение было редким и бесценным.

И хотя мы много занимались вместе, даже пару раз гуляли, она понятия не имела о том, чем я занималась или кем я была. Обязанность держать Орден в секрете воздвигла между нами огромную стену. И как бы мы ни были близки, эта стена никогда не рухнет.

Глядя на записи, которые я сделала в среду, я покачала головой.

– У меня, кажется, вчера было пищевое отравление, или что–то похожее, – ложь. – Мне уже лучше, – почти правда. Я не умирала от боли, но ощущения в животе все еще были болезненными.

– О Боже, может, тебе что–нибудь нужно? – от волнения ее карие глаза округлились, словно маленькие летающие тарелки.

По неведомым мне причинам, Джо Энн свято верила, что мне просто необходима материнская забота. Конечно, не полный тотальный контроль, но все же ее беспокоило, что мои ближайшие родственники погибли.

Не в силах раскрыть ей правду их смерти, я сказала, что они погибли в трагической автомобильной аварии.

– Я в порядке. Честно – заверив ее, я мельком взглянула на часы. С начала пары прошло две минуты. Может, свершится невероятное чудо, и профессор не явится?!

Джо Энн, крутя ручку между пальцами, пристально смотрела на меня.

– Ты уверена? Я бы могла приготовить куриный суп с лапшой.

Я засмеялась.

– Да, я уверена.

Она лучезарно улыбнулась.

– Не хочешь что–нибудь перекусить прежде, чем я с головой погружусь в свою работу?

Джо Энн работала в городском реабилитационном центре, что лишний раз доказывало, что она настоящий ангелочек воплоти. Я уже было хотела согласиться, но потом вспомнила, что мне нужно зайти в Квартал на еженедельное собрание.

Разочарование переполнило меня.

– Я не могу. Может, на этих выходных?

Она радостно улыбнулась.

– Здорово, напиши мне потом. В воскресенье у меня выходной.

Наконец, наш профессор нашел наш класс и, как обычно, у меня создалось такое впечатление, будто он задремал прямо посреди лекции.

Не уверена, что к концу курса я узнаю хоть что–нибудь о статистике, да и по правде говоря, я вообще не понимала, зачем нам нужен этот предмет.

Я вместе с Джо Энн вышла из аудитории, стараясь игнорировать колики в боку, пока мы пытались пробраться в переполненном коридоре.

– Кстати, – сказала она, подталкивая мое плечо своим, – мне нравится, как уложены твои волосы.

– Да?

– Ты распустила их, – подметила она. – Раньше ты никогда не распускала их. Выглядит здорово.

– Ох, – сконфуженная, я запустила руку в волосы, и мои пальцы запутались в кудрях, словно в капкане, – сегодня утром на меня нахлынуло сильное разочарование, и мне было лень их укладывать.

Отчасти это правда. Помывшись, я решила не сушить волосы, в спешке доедая оставшиеся оладья.

Она засмеялась.

– Тогда ты не должна ничего с ними делать. Ты... – затихнув, она чуть не врезалась в перила, когда мы подошли к лестнице.

– Эй, помедленней. Ты в порядке?

Ее загорелые щеки вспыхнули румянцем и, казалось, она не могла вымолвить ни слова. Спустя мгновение, я поняла почему. По лестнице поднимался воображаемый муж Джо Энн. Никто, кроме Кристиана Трэна, так не влиял на нее.