Читаем Университет магии полностью

Сегодня я первым делом сел перерисовывать заклинание негатора. Завершив этот, как оказалось достаточно длительный процесс, я понял, что создать его смогу еще нескоро. Помимо того, что само плетение чрезвычайно сложное, так еще маг должен уметь работать с энергией смерти, уметь преобразовать сырую ману в этот вид. Некроманты поступают проще — убивают людей и собирают непосредственно некроэнергию. Некоторые маги, участвующие в боевых действиях, занимаются тем же, но этот вариант очень опасен, поскольку в это время он практически беззащитен, ведь использовать сильные защитные амулеты нельзя. Я отложил в сторону эту тему и хотел заняться блокираторами, как услышал за спиной знакомый женский голос.

— Ну, как, сумел создать негатор магии? — насмешливо спросила она, но уже нормально добавила: — Слушай, а зачем тебе вообще это надо?

Я обреченно вздохнул.

— Витаэль, что ты ко мне пристала? Тебе что, мало поклонников? Вон бегают за тобой табунами — выбирай любого и доставай его своими вопросами. Отстань от меня и дай позаниматься.

Я отвернулся и хотел заняться изучением другого способа блокировки магии, как вспомнил бой с девушкой, затем мои мысленные разговоры с акондами, и решил переключиться на другую тему. Узнал у хранителя книг, где находятся тома про мыслеречь, взял самые простые и принялся изучать теорию. Какое же было мое изумление, когда я узнал, что мои способности не связаны с ментальной магией, к которой относится телепатия. Это умение организма задействовать ментальную энергию, в магическом зрении имеющую зеленый цвет. Ее часто называют ментальной магией, но правильней говорить ментальные способности, поскольку никаких плетений нет. Я же, мало того, что не умею ею пользоваться, но знаю совершенно точно, что задействую силу фиолетового цвета.

— Кстати, что же это за сила? — пробормотал я, и решил найти ответ здесь.

В первый день ничего не получилось. Но теперь меня, как обычно в таких случаях, захлестнул азарт и я принялся искать уже не пояснение, а хотя бы упоминания о ней. Сейчас я уже находился в секции, где были собраны исторические хроники, легенды, даже соответствующие слухи. И вот, наконец-то, что-то появилось, но это оказалось обыкновенное упоминание, что у некоторых людей в эфирных телах можно наблюдать фиолетовый оттенок.

— И как успехи? — раздался сзади меня мелодичный голос.

— Опять ты? — не оглядываясь, ответил я. — Отстань, — я отмахнулся рукой, продолжая читать трактат.

— И чем же тебе не нравиться моя дочь?

Вот теперь я понял, что мне не понравилось в первой фразе — она чуть отличалась от Витаэль, но только интонациями, а вот звучание не отличить. Правда, похвастаться музыкальным слухом не могу, поэтому может статься, что это только я не различаю.

— Ваше величество, — вскочив, поприветствовал королеву, как учила меня мама.

Она была очень красива, дочь почти вся в нее, лишь некоторые черты были у Витаэль другими, но совсем ее не портили, а придавали некий шарм.

— Так все же, ответь на мой вопрос, — улыбнулась она.

— Да приставучая она у вас, как пиявка, — ответил я, — знал бы это, то проиграл бы тогда ей и дело с концом.

Потом пришлось объяснить слово пиявка, поскольку в местной фауне аналогичных существ никогда не было. После объяснения, эльфийка засмеялась звонким смехом колокольчиков и подтвердила мои слова своими.

— Ты прав, сколько она ругалась с нами, требовала, ходила хвостиком, пока не добилась отказа от наследования, чтобы только принимать участие в сражениях и боях. Но ты все же не обижай ее, — сказала она.

— Да не обижаю я ее, — чуть более эмоционально, чем требовалось, ответил я. — Я же не виноват, что она чуть что, сразу лезет в драку.

Королева еще раз рассмеялась после этой моей фразы и ушла, а я вернулся к чтению.

Мир Идггард, столица, королевский дворец, кабинет короля.

Король Леоканн Идггардский просматривал кристаллы с отчетами о потерях. Те не радовали, погибло много людей, а значит, в ближайшее время стоит ожидать медленное понижение температуры. Хорошо, что сумели предотвратить нападение на Брокс, который захватили бы быстро. А там рукой подать до города Хелгард, из которого тоже ушли почти все воины, и защищали его ученики да местные жители. В это время он увидел, как вошла его жена, и он вопросительно посмотрел на нее, зная, где та была.

— Очень интересный молодой человек, — ответила она. — Ведет себя так, словно, в самом деле, постоянно крутился среди правителей, нет никакого подобострастия, неуважения, чувствует себя спокойно и уверенно. В получении знаний его можно назвать фанатиком, далеко не каждый изучает обыкновенные исторические трактаты с таким интересом, пусть он и выискивал что-то свое. Расспрашивать его о чем-нибудь даже не пыталась, а остановило меня его приветствие. Я лишь один раз видела такое, когда мне было семь лет. Однажды к нам пришел обыкновенный человек и поприветствовал моих родителей именно так. Выглядел он простым горожанином, но уважение, которое высказали ему мои родители, сказало очень много.