– Да-да, это Миша Петрофф. Ваш дядя. И вот его завещание.

С этими словами Франсуа открыл толстый документ, состоящий из двух пакетов – на русском и французском, – завещание.

Уж не знаю почему, но на меня все это действо не произвело ровно никакого впечатления. Не скажу, что я ожидала какого-то подвоха, нет. Просто меня больше порадовало бы, позвони мне (по телефону ли, в дверь) Лева. Чужой человек, мужчина, с которым я так неосторожно провела ночь. Его звонок мог бы означать только одно – что я ему хотя бы понравилась. Или что-то во мне. Неважно.

– А зачем вы привезли мне его фотографии? – насторожилась я. – И как вы докажете, что это он?

– У меня есть копии его паспорта. Но это и неважно. Ваш дядя, который являлся родным братом вашего знаменитого отца, Евгения Петрофф, артиста балета, был небогатым человеком и оставил после себя небольшую квартиру в центре Парижа, хотя и в престижном районе – в Латинском квартале на улице Муфтар. Это Пятый округ Парижа.

– Да? И сколько же она может стоить? – живо поинтересовалась Марина.

– Поскольку это совсем маленькая квартира, всего 31 квадратный метр вместе с крохотной кухней и туалетом с душем, однако она в центре, поэтому, полагаю, от 500 000 евро до миллиона. Точнее сказать не могу.

Услышав такую сумму, я подумала, что, если бы я захотела купить себе квартиру во Франции, то вряд ли купила в самом центре рухлядь размером в 31 метр. Скорее всего, приобрела бы что-то где-нибудь на побережье или же просто сняла на год-два там, где красиво, да пусть даже в Латинском квартале. С другой стороны, если мне эта квартирка упала с неба, то почему бы и не воспользоваться этим?

– А что, у этого дяди нет больше никого, кому бы он мог завещать свою квартиру?

Уж этого вопроса от Марины я никак не ожидала.

– В том-то и дело, что есть. Но Миша Петрофф работал простым официантом, это прежде он был поваром… Его жена Клер с дочерью Марией ушла от него к другому. Там уже другая семья. Я не встречался с родственниками, нам мало что о них известно. Но знаю точно, что у вашего завещателя было много долгов. Возможно, поэтому он оставил завещание не на бывшую жену и дочь, а на вас.

– Хотите сказать, что размер его долгов превышает стоимость квартиры?

– Надеюсь, что нет. Нам известно только о его кредите в десять тысяч евро… Но есть сведения, что он задолжал людям крупные суммы.

– Интересно, и на что же он тратил эти деньги?

– Точно не могу сказать.

– Какая-то мутная история, – покачала головой Марина.

Вот тут я была с ней абсолютно согласна. Мутная история, мутный дядя, мутное наследство.

– Я должна вам какие-то деньги? – решилась я задать весьма важный, на мой взгляд, вопрос. Если я сейчас услышу, что должна, значит, это точно развод. И этот сюжет с долгами выдуман просто для придания правдоподобности всей этой истории.

– Нет-нет, вы ничего никому не должны.

– Думаю, тебе надо отказаться от наследства… – сказала Марина. – Или же поехать и все самой выяснить.

– Да, я тоже полагаю, что это разумно, – сказал наш молодой нотариус. – Повторяю, что квартира хоть и маленькая, но находится в Пятом округе.

– Да вы уже говорили, – отмахнулась от него Марина.

– Хорошо, я подумаю. Я должна где-то расписаться?

– Да, вот здесь… – Он разложил передо мной документы. – Распишитесь, что вы уведомлены о том, что являетесь наследницей и получили завещание.

Прежде чем поставить свою подпись, я дала Марине документы для ознакомления.

– Подписывай! – махнула она рукой. – Все в порядке.

Мы накормили Франсуа ужином, он в нашем присутствии заказал билет на вечерний рейс до Парижа и через два часа на такси отбыл прямиком в аэропорт.

– Что это было, Марина? – спросила я ее, разложив фотографии своего родственника на столе и разглядывая их. – Почему он оставил квартиру мне? Ведь у него есть дочь!

– Ему было шестьдесят четыре года, он умер от инфаркта. Его дочери может быть лет сорок! Возможно, между ними был конфликт. Да мало ли что случается в семье? Видишь, жена бросила его, официанта. Может, нашла кого побогаче и перспективнее.

– Но если дочери сорок, то и у нее тоже могут быть дети, то есть внуки Михаила. Я имею в виду – наследники! Почему я?

– Вопрос! И что ты собираешься делать?

Я пожала плечами.

– Не знаю.

– Давай билеты заказывай! А я полечу с тобой! В качестве переводчика!

5

Она такая быстрая, эта Марина. Уже в Париж со мной собралась. Действительно, почему бы не прокатиться перед Рождеством в Париж? Не знаю, почему я тогда на нее разозлилась. Вернее, знала, конечно. Она продолжала жить со мной в квартире так, словно у нее не было своей. А мне тогда так хотелось побыть одной! Мне почему-то казалось, что, едва я останусь одна, Лева мне позвонит.