Читаем Умрешь, если не сделаешь полностью

Вечерний свет тускнел, сильные порывы ветра несли с собой запахи соли, канатов и водорослей. У причала стояли рыболовные суда самых разных размеров. Лодка с включенными навигационными огнями скользила по чернильной воде, выходя в море. Вдалеке мигал зеленый огонек. В дальней части гавани Дритан заметил корабль с оранжевым корпусом и белыми надпалубными сооружениями; на судно были погружены два больших контейнера с надписью «Эвальс Карго Кэа».

– Я правда не хочу уезжать, – сказал Ллупа.

– Ну так оставайся. Через десять лет навещу тебя в тюрьме, принесу тортик… Будешь рад?

Студент-медик промолчал.

– Джентиан, я думаю, что ты, как и я, не желал совершать плохие поступки, когда прибыл в эту страну. Мы попали под дурное влияние мистера Дервиши, так ведь?

– Наверное.

– Теперь мы остались без защиты. Когда-нибудь наверняка сможем вернуться, но сейчас мы должны быть благодарны мистеру Констандину.

– Наверное, – повторил Ллупа.

Из темноты вынырнул угрюмый бородатый мужчина в круглой шапочке, мешковатом непромокаемом костюме и резиновых сапогах.

– Нано и Ллупа? – спросил он хриплым голосом.

– Да, – одновременно ответили албанцы.

– За мной. Я – Ник, ваш капитан. Яхта мистера Констандина ждет, я вас туда доставлю. Осторожно, лестница крутая.

Нано и Ллупа накинули на спины тяжелые рюкзаки и последовали за мужчиной по вертикальной лестнице, прикрепленной к покрытой водорослями стене. Внизу был плавучий понтон.

Стараясь не терять равновесия, албанцы пошли за капитаном мимо пришвартованных яхт, больших и маленьких, чьи снасти трепетали на ветру, к дальнему концу понтона, где кормой к причалу стоял рыболовный баркас. Сзади располагались широкая палуба и высокая надстройка с двумя одинаковыми спутниковыми тарелками на верхушке радиомачты. Судно называлось «Милашка Сьюзи».

Капитан ловко взбежал по узкому трапу, дождался своих пассажиров, взял их рюкзаки и положил на палубу. Затем по очереди протянул им руку, помогая взобраться на борт.

В нос ударила вонь гниющей рыбы, лака и дизельного топлива.

– Сортир внизу. Хотя лучше оставаться на палубе – больше шансов, что не затошнит. Море неспокойное. Садитесь прямо тут и смотрите на горизонт.

Ник забрался на мостик и завел двигатель, который загудел с громким металлическим постукиванием. Затем вернулся вниз и сбежал по трапу на понтон. Наклонился, отцепил один стальной трос от швартовой тумбы, потом – второй. Как только баркас понесло течением, капитан прыгнул на борт и подтянул за собой трап, после чего опять пошел на мостик.

Судно набирало скорость. Дритан смотрел на белую пену в кильватере. На небо, усеянное чайками. На силуэты утесов и покосившиеся деревянные сваи плотины. И на огни Ньюхэвена. Ближе к выходу из гавани в открытое море баркас затрясло. Дритан боялся, что его стошнит. Когда он ездил на рыбалку с Валбоном в «Брайтон-марина», так и случилось.

Валбон.

Мысль о нем вызывала чувство вины.

На пристани виднелось огромное кладбище автомобилей. Целая гора металла, смятого почти до неузнаваемости, и зеленый кран со специальным захватом. Из-за утеса показалась длинная каменная дамба на западе. Дритан прислушивался к гулу двигателя – баркас начал набирать скорость, как только они вышли из гавани. Судно рассекало сгущающуюся темноту. На палубу попадал лишь тусклый свет с топа мачты. Вскоре все поглотила тьма, лишь слабо виднелись мерцающие белые огни маяка и красная точка самолета над холмами. Англия быстро удалялась из виду.

Дритан почувствовал голод – он забыл, когда последний раз ел. Может, на борту найдется шоколадка или печенье?

– Ник, ничего нет поесть? – крикнул он капитану.

– Конечно, сейчас принесу меню.

– Меню?

– Чего желаете? Икру? Стейк с картошкой фри? Лобстер «Термидор»? Или позвонишь и закажешь еду навынос? Как насчет карри? Кебаб? Что-нибудь тайское?

Дритан не сразу понял, что капитан шутит.

– Мне хотя бы печенье.

– Не сомневаюсь, что на яхте мистера Констандина вас будет ждать отличный ужин.

– Долго нам еще плыть?

– Двадцать минут.

– Хорошо, спасибо! – ответил Дритан, стараясь перекричать ветер.

Молчавший всю дорогу Джентиан Ллупа вдруг встал и неровным шагом подошел к краю баркаса.

– Ты как? – Дритан тоже вскочил, но судно качнуло, и он шлепнулся обратно на палубу, сильно ударившись локтем.

Ллупу тошнило.

От запаха и Дритану стало плохо. Он вздрогнул – надо было одеться потеплее, а рюкзак унесло по скользкой палубе в сторону лестницы, ведущей вниз, к каюте. Дритан все-таки встал и на четвереньках добрался до рюкзака. Хватаясь за рундук левой рукой, правой он начал копаться в вещах, желая достать куртку. В этот момент сзади раздался знакомый голос, от которого по коже поползли мурашки. Звук шел из темной каюты.

– Как твой денек?

Воскресенье, 13 августа

20:00–21:00

Охваченный страхом, Дритан замер на четвереньках на вздымающейся палубе. Не может быть.

Не может. Он ведь умер, правда?