Читаем Умереть в Италбаре полностью

– Да!

Морвин засунул свое оружие в кобуру, открыл флягу, осторожно приподнял голову человека и стал понемногу вливать воду ему в рот. Человек осушил половину фляги, прежде чем закрыл рот и откинулся.

– Почему вы не сказали, что вас мучит жажда?

Взгляд на оружие, слабая улыбка, пожатие здорового плеча.

– Думаю, вы могли не захотеть этой траты.

Морвин отложил флягу.

– Ну что ж? Вы Х.? – спросил он.

– Какая разница в этих инициалах? Я носитель болезни.

– Вы осознавали этот все время?

– Да.

– Вы так ненавидите людей? Или это потому, что вам наплевать?

– Ничего такого, – ответил он. – Идите вперед и пристрелите меня, если хотите.

– Почему вы позволили такому произойти?

– Это теперь не имеет значения. Она ушла. Это конец. Идите.

Он сел, все еще улыбаясь.

– Вы действуете, как будто хотите, чтобы я убил вас.

– Что же вы ожидали?

Морвин закусил губу.

– Вы знаете я человек, который стрелял в вас… – начал он.

Хейдель ван Химак нахмурился, медленно повернул голову, разглядывая свое тело.

– Я – Я не чувствовал, – проговорил он. – Да… Да… Теперь я вижу. И чувствую…

– Как вы думаете, что с вами случилось?

– Я потерял – что-то. Что-то с памятью. Оно теперь ушло, и я чувствую себя, как не чувствовал уже много лет. Шок разделения, чувство облегчения – я – в растерянности.

– Как? Что произошло?

– Я не уверен. Один момент это было со мной, и потом я почувствовал присутствие другого… Потом все ушло… Когда я очнулся, вы были здесь…

– Что вы имеете в виду под словом это?

– Вы не поймете. Я сам не понимаю, действительно.

– Это была голубая женщина – как божество?

Хейдель ван Химак посмотрел в сторону.

– Да, – сказал он. Затем схватился за плечо.

– Лучше я кое-что сделаю с вашими ранами.

Хейдель разрешил ему перебинтовать свою руку и плечо. И выпил еще воды.

– Почему вы стреляли в меня? – спросил он.

– Это скорее приобретенная реакция, чем почему-либо еще. М-м то, что вы потеряли, напугало меня до смерти.

– Вы действительно видели ее?

– Да. С помощью телепата.

– Где он.

– Я не знаю. Боюсь, он ранен.

– Не лучше ли вам выяснить? Вы можете оставить меня. Я не смогу уйти далеко. Теперь это не имеет значения.

– Полагаю, что да, – ответил он. – «Шинд! Черт побери! Где ты? Тебе нужна помощь?»

«Оставайся», – пришел слабый ответ. – «Оставайся там. Со мной ничего не случится. Мне необходимо только отдохнуть…»

«Шинд! Что случилось?»

Тишина.

«Шинд! Черт побери! Ответь мне.»

«Малакар», – прозвучало в ответ, – «мертв. Подожди теперь… Подожди.»

Морвин уставился на свои руки.

Вы не уходите? – спросил его Хейдель.

Он не ответил.

«Джакара! Шинд! С Джакарой все хорошо?»

Ничего.

«Шинд! Что с Джакарой?»

«Она жива. Обожди теперь.»

– Что произошло? – спросил Хейдель.

– Я не знаю.

– Ваш друг?…

– …жив. Мы только что были в контакте. Это теперь не проблема.

– Что тогда?

– Я не знаю. Не сейчас. Я жду.

«Я пытаюсь разузнать, Джон. Я должен быть осторожен. Образ-божество там.»

«Где?»

«С Джакарой.»

«Как. Как это произошло?»

«Полагаю, за это я несу ответственность, она переместилась из-за того, что я был на связи с Джакарой. Я не совсем понимаю как.»

«Как умер Капитан?»

«Она стреляла в него.»

«Тогда что с Джакарой?»

«Это то, что я пытаюсь выяснить. Оставь меня и я дам знать, когда узнаю.»

«Что я могу сделать?»

«Ничего. Ждать.»

Тишина.

Через некоторое время:

– Вы теперь знаете? – спросил Хейдель.

– Ничего не знаю. Полагаю, я потерял кое-что тоже.

– Что случилось?

– Мой друг пытается узнать. По крайней мере мы знаем куда ушла ваше божество. – Как вы себя чувствуете?

– Я не пойму моих ощущений. Она была со мной довольно долго. Годы. Иногда она через меня исцеляла людей, пораженных необычными болезнями. Это было, как если бы мы несли в себе обе эти вещи, и их исцеление тоже. Потому что я всегда был защищен. Тогда в Италбаре на меня напали по ошибке, я окаменел. Это было как если бы я шел, чтобы умереть в Италбаре. Все изменилось. Ее природа, я тогда увидел двойника. В обеих обличьях она предназначена, чтобы уничтожать лихорадку. В виде, в котором я впервые узнал ее, она переходит к очищению жизни. В другом она рассматривает саму жизнь как причину лихорадки и старается уничтожить эту причину. По нелепости – а возможно и нет – она делает это средствами, в которых раньше видела лихорадку. Она как лекарство, так и отрава. Я служил ей как поборник в обеих крайностях. – На что она была похожа, когда вы увидели ее?

– Голубизна и зло и мощь. Прекрасна тоже. Она, казалось, насмехалась надо мной, угрожала…

– Где она теперь?

– Она овладела девушкой – недалеко отсюда. Она только что убила человека.

– О.

– Вы были объектом продолжительного поиска.

– Да. Я догадывался, я знал это иногда.

Прозвучал раскат грома. Где-то рядом. Когда эхо от него замерло вдалеке, Морвин проговорил:

– Она, может быть, была права.

– В чем?

– Жизнь – это болезнь.

– Не знаю. Это не имеет значения. Нет? Я имею в виду, что на это надо посмотреть с другой точки зрения, не важно, что является ее силой.

– И вы пошли по этому пути?

– Полагаю, да. Я – поклонялся – ей. Я верил ей. И, вероятно, еще продолжаю.

– Как плечо?

– Горит как в аду.

– Она должно быть сделала и что-то хорошее тоже.