Читаем Умереть снова полностью

По коридору я прохожу мимо гостевой спальни, где разместились детектив Риццоли и ее муж. Странно, что проведя с ними целый день, я не сразу осознала тот факт, что они были женаты. Они показывали мне снимок за снимком возможных подозреваемых на портативном компьютере. Так много лиц, так много мужчин. К тому моменту, как наступило время ужина, все снимки слились в один. Я потерла уставшие глаза, а когда открыла их снова, увидела, как агент Дин положил руку на плечо детектива Риццоли. Это было не просто платоническим поглаживанием, а лаской человека, который заботился об этой женщине. Вот тогда бросились в глаза и другие детали: одинаковые обручальные кольца. То, как они заканчивали друг за друга предложения. Тот факт, что он не спросил ее, а просто бросил чайную ложку сахара в кофе, прежде чем передать его ей.

На первый взгляд они были только сотрудниками, особенно отстраненный и чопорный Габриэль Дин. Но за ужином, после нескольких бокалов вина, они начали говорить о своем браке, дочери и их совместной жизни в Бостоне. Мне кажется, что из-за их ответственной работы это сложная жизнь. А теперь работа привела их в мой отдаленный уголок в Западно-Капской провинции.

На цыпочках я пробираюсь мимо их закрытой двери на кухню и щедро плескаю в стакан скотч. Всего лишь доза, которая сделает меня сонной, но не пьяной. По опыту я знаю, что если немного скотча поможет мне заснуть, то слишком большая порция через несколько часов заставит проснуться от кошмаров. Я сажусь за кухонный стол и медленно смакую напиток, пока часы громко тикают на стене. Когда Крис не спит, мы идем со своими стаканами в сад на открытый воздух и садимся вместе в лунном свете, наслаждаясь ароматами цветущего ночью жасмина. Я никогда не выхожу одна в темноту. Крис говорит, что я самая храбрая женщина, которую он знает, но не мужество сохранило мне жизнь в Ботсване. Даже самое кроткое существо не хочет умирать и станет бороться, чтобы выжить. Таким образом, я не храбрее любого кролика или воробья.

Шум за спиной заставляет меня подскочить на стуле. Я оборачиваюсь и вижу детектива Риццоли, босиком входящую в кухню. Ее растрепанные волосы кажутся буйной короной из черных шипов, и она одета в безразмерную футболку и мужские трусы-боксеры.

— Простите, если я Вас испугала, — говорит она. — Я просто вышла за стаканом воды.

— Могу предложить кое-что покрепче, если хотите.

Он глядит на мой стакан со скотчем.

— Ну, мне бы не хотелось, чтобы Вы пили в одиночку. — Она наливает себе стакан скотча, разбавляет его таким же количеством воды и садится на стул напротив меня. — Значит, Вы частенько это делаете?

— Что делаю?

— Пьете в одиночку.

— Это помогает мне заснуть.

— У Вас с этим проблемы, да?

— Вы уже знаете, что да. — Я делаю еще один глоток, но он не помогает мне расслабиться, потому что она наблюдает за мной темными глубокими глазами. — А Вы почему не спите?

— Из-за смены часовых поясов. В Бостоне шесть вечера, и мое тело отказывается засыпать. — Она отхлебывает и даже не морщится от вкуса скотча. — Еще раз спасибо за то, что предложили свою гостевую комнату.

— Мы не могли позволить вам проделать весь этот путь до Кейптауна ночью. Не после того, как вы потратили на меня несколько часов. Надеюсь, вам не придется лететь в Штаты сразу же. Было бы обидно, если бы вы совсем не посмотрели страну.

— Завтра мы проведем еще одну ночь в Кейптауне.

— Только одну?

— Мне довольно непросто далось убедить своего босса одобрить эту поездку. Нам приходится быть очень экономными. Не дай Бог мы получим хоть какое-то удовольствие от их десятицентовика.

Я смотрю на свой скотч, который переливается жидким янтарем.

— Вы действительно любите свою работу?

— Это то, чем я всегда хотела заниматься.

— Ловить убийц? — Я качаю головой. — Не думаю, что я смогла бы переварить такое. Видеть то, что видите Вы. Ежедневно лицом к лицу сталкиваться с тем, на что способны люди.

— Вы уже видели это собственными глазами.

— И не хочу больше видеть это снова.

Я выливаю остатки выпивки в рот и разом проглатываю ее. Внезапно этого недостаточно, даже и близко не хватило, чтобы успокоить мои нервы. Я встаю, чтобы налить себе еще.

— У меня тоже бывали ночные кошмары, — признается она.

— Неудивительно, с Вашей-то работой.

— Я справилась с ними. И Вы тоже сможете.

— И как же?

— Точно так же, как и я. Убейте чудовище. Упрячьте его подальше, где он не сможет причинить вред Вам или кому-либо другому.

Я смеюсь, вновь закрывая бутылку пробкой.

— Я похожа на полицейскую?

— Вы похожи на женщину, которая даже заснуть боится.

Я ставлю бутылку на столешницу и поворачиваюсь к ней.

— Вы не пережили того, что я. Вы можете охотиться на убийц, но они на Вас не охотятся.

— Вы ошибаетесь, Милли, — тихо произносит она. — Я точно знаю, что Вы пережили. Потому что на меня тоже охотились.

Она пристально смотрит на меня, пока я сажусь обратно на стул.

— Что произошло? — спрашиваю я.