— Я спрошу у доктора Миковица. Или, может, у его секретарши есть какой-нибудь снимок в пиар-офисе.

— Нет, тогда слишком много людей будет в курсе.

— Слушайте, я не знаю, как еще можно раздобыть одно фото. Если только Вы не захотите приехать сюда со своим фотоаппаратом.

Джейн посмотрела на Милли, чьи глаза по-прежнему всматривались в снимок доктора Оберлина на экране. И она ответила:

— Именно так я и сделаю.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Она обещает, что я буду в безопасности. Говорит, что я не столкнусь с ним лицом к лицу, потому что всего лишь посмотрю видеозапись, а на месте будут находиться несколько офицеров полиции. Я сижу с детективом Фростом на парковке зоопарка и из окна машины наблюдаю за семьями и детьми, текущими через вход. Они выглядят счастливыми и взволнованными возможностью провести день в зоопарке. Сегодня суббота, наконец светит солнце и все выглядит иначе: ясным, ярким и живым. И себя я тоже чувствую другой. Да, я нервничаю, и сильно напугана, но впервые за последние шесть лет я думаю, что солнце взойдет над моей собственной жизнью и вскоре все тени будут смыты прочь.

Детектив Фрост отвечает на звонок.

— Да, мы все еще на парковке. Сейчас я ее приведу. — Он смотрит на меня. — Риццоли допрашивает доктора Оберлина в помещении для ухода за животными. Это в южном конце зоопарка, и мы даже близко туда не подойдем. Вам не о чем беспокоиться.

Он открывает дверцу автомобиля.

— Идемте, Милли.

Он держится рядом со мной, пока мы шагаем ко входу. Никто из тех, кто покупает билет и не подозревает, что прямо здесь развернулась полицейская операция, и мы входим так же, как и любой посетитель: купив билеты и пройдя через турникет.

Первое, что я вижу — лагуна с фламинго, и я думаю о своей дочери Вайолет, которая наблюдала за тысячами фламинго в дикой природе. Мне жаль этих городских детей, для которых фламинго навсегда останутся лишь десятком вялых птиц в бетонном пруду. Мне не представляется шанса взглянуть на других животных, потому что детектив Фрост сразу ведет меня вниз по дорожке к административному зданию.

Мы ждем в конференц-зале, меблированном длинным столом из тикового дерева, десятком удобных стульев и стойкой с видеооборудованием. На стенах развешаны в рамках грамоты и награды зоопарка Саффолка и его сотрудников. НАГРАДА ЗА РАЗНООБРАЗИЕ ЭКСПОНАТОВ. НАГРАДА ЗА МАРКЕТИНГ. НАГРАДА ИМЕНИ Р. МАРЛИНА ПЕРКИНСА. ЛУЧШАЯ ЭКСПОЗИЦИЯ НА СЕВЕРО-ВОСТОКЕ. Это их хвастливая комната, показывающая посетителям, какое выдающееся учреждение они посетили.

На противоположной стене я вижу краткую биографию разных сотрудников, и мои глаза сразу натыкаются на доктора Оберлина. Сорок четыре года. Степень бакалавра наук в университете Вермонта. Доктор ветеринарной медицины, Корнелльский университет. Фотографии там нет.

— Это может занять какое-то время, поэтому нам стоит проявить терпение, — говорит детектив Фрост.

— Я ждала шесть лет, — отвечаю я. — Могу подождать еще немного.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

Рост шесть футов, три дюйма[111], голубоглазый блондин — доктор Грегори Оберлин имел поразительное сходство с паспортной фотографией Джонни Постхумуса. У него была такая же квадратная челюсть и такой же широкий лоб, который сморщился в замешательстве, когда он увидел, как Джейн нажимает кнопку «запись» на видеокамере.

— Вам действительно нужно это записывать? — спросил он.

— Я хочу иметь точную запись. Плюс, это освобождает меня от необходимости записывать в блокнот, поэтому я смогу сосредоточиться на беседе.

Джейн улыбнулась и присела. На заднем фоне были отвлекающие шумы — звуки животных раздавались из ветеринарных клеток позади кабинета доктора Оберлина, но в целом все было нормально. Она хотела записать его в привычной обстановке, где он будет расслаблен. Беседа в департаменте полиции Бостона почти наверняка встревожила бы его.

— Я рад, что Вы расследуете смерть Дебры, — сказал он. — Она беспокоит меня. Очень сильно.

— А что именно? — спросила Джейн.

— Такого не должно было случиться. Мы с Деброй работали вместе несколько лет. Она не была небрежным человеком и знала, как вести себя с большими кошками. Я ни разу не видел, чтобы она забыла о чем-то настолько простом, как закрыть ночную клетку леопарда.

— Доктор Роудс говорит, что такое происходит даже с опытными сотрудниками зоопарка.

— Ну, это правда. Несчастные случаи происходили в очень хороших зоопарках с сотрудниками-старожилами. Но Дебра была человеком, который не выйдет из дома, пока не проверит все конфорки и не убедится, что все окна заперты.

— Так что, по-вашему, произошло? Кто-то открыл ночную клетку?

— Должно быть, так и Вы и думаете? Полагаю, именно поэтому Вы и захотели со мной побеседовать.

— Могла ли Дебра по какой-нибудь причине быть рассеянной в тот день? — спросила Джейн. — Могло ли что-нибудь ее отвлечь?

— Несколько месяцев назад мы расстались, но, казалось, она в полном порядке. Я не заметил, чтобы ее что-то беспокоило.

— Вы сказали, что инициатором разрыва была она.