Читаем Улыбка зари полностью

Час, который нужно было заполнить делами, чтобы время шло быстрее или медленнее. Она слегка нервничала, потому что пойти к нему в гости – это все равно что отправиться в путешествие в неведомую землю.

Не снимая шляпы, Папуас направился на кухню, чтобы вскипятить воду. Он взял одну из баночек с чаем, расставленных на полке. Каждое его движение было точным. Он аккуратно поставил чашку на поднос, осторожно высыпал на ложку чай. Он был внимателен даже к воде, которую налил в заварочный чайник. Свое угощение он принес на старом деревянном подносе, который поставил на маленький столик у окна. Сел сбоку, дав возможность молодой женщине устроиться напротив видневшегося из окна дерева так, чтобы на ее лицо падал солнечный свет. Немного подождав, разлил дымящийся, ароматный чай по чашкам.

Камилла не смела произнести ни слова. Она обхватила руками чашку, чтобы почувствовать ее тепло. Это была обычная керамическая чашка неопределенного возраста.

Наконец, он начал говорить тихо, но настолько низким и глубоким голосом, что задрожал воздух:

– Мое детство прошло в Шамони. Я был горным проводником, как и мой отец. Несколько лет я проработал ночным сторожем на горной вершине Эгюий-дю-Миди напротив Монблана. Мне нравилось в одиночку наверху следить за порядком. Потом в один прекрасный день я покинул вершины гор. Пришло время спуститься к людям. Тогда я открыл небольшой магазинчик по продаже эфирных масел. Я помогал людям исцеляться с помощью растений. Позже я уехал, потому что жизнь позвала меня сюда.

– Как такой человек, как вы, мог оказаться в Париже?

– А что в этом удивительного?

– Вы оказались в чуждом вам мире.

– Я повсюду в своем мире. Всегда можно соединить эти миры в себе и добиться успеха в этой тайной алхимии.

После короткой паузы он продолжил:

– Меня зовут Мельхиор Деш. Можете приходить ко мне так часто, как пожелаете. Но помните, что свет не неволит. Все приходит в нужный момент. Счастье никогда не опаздывает.

Она улыбнулась в ответ, пораженная мудростью его слов. Тогда она вспомнила о птичьем языке – тайном языке алхимиков. Нужно лишь уметь слышать пение слов, и обнаружится их скрытый смысл.

– По сути, все треволнения не стоят ни одной нашей слезинки. А мы сами – лишь капля воды во Вселенной.

Он засмеялся над произнесенной им удачной шуткой. Его смех не утратил детскости. Он был раскатистым, искренним, всеобъемлющим, безудержным. Камилла тоже вдруг захохотала во все горло просто от радости, что она смеется вместе с ним.

Поднимаясь в свою квартиру, молодая женщина думала о том, что на птичьем языке исцеление, возможно, означает «обретение целостности». Обрести целостность, при наличии которой нипочем любые призраки.

Тем же вечером она передала Перле то, что ей поведал о себе Папуас. Однако все рассказанное им сделало его еще более загадочным и притягательным для матери и дочери. Он сказал слишком много. И в то же время слишком мало. Откуда появился свет у этого горного человека? На каких вершинах он его обрел? Почему он уехал из Шамони? Что заставило его коренным образом изменить свою жизнь? Возможно, они никогда не получат ответы на эти вопросы. Мельхиор Деш не из тех, кого легко раскусить. Зато он видит вас насквозь.

Настал вторник – день цветов. Шел снег, поэтому Перла мечтала о подсолнухах. Они пересекли Сену, в воде которой, еще не до конца покрывшейся льдом, таяли снежинки. Жизнь была припорошена снегом. Он медленно падал, будто желая погрузить прохожих в глубокий сон. Цветочный рынок закрылся. До весны было далеко, природа замерла. Только магазинчик «Чик-Чирик» по-прежнему работал. Старый продавец цветов поприветствовал мать с дочерью кивком и продолжил чтение газеты.

– Как такой неприятный человек мог создать такое прекрасное место? – прошептала Камилла на ухо дочери.

– Может, он скрывает свою доброту.

Перла подошла к продавцу цветов и спросила, есть ли у него нарциссы, маки и тюльпаны.

– Сейчас не сезон – снег идет, – проворчал он.

Она вернулась к матери:

– Видишь, он замечательный.

Вдруг Чик-Чирик встрепенулся – звякнул колокольчик над дверью. Вошел мужчина с бешено колотящимся сердцем. Тот же помятый плащ, те же взъерошенные волосы, разве что отсутствовали круги под глазами. Раздалось его радостное приветствие, отскочившее от цветов, от крыльев Чик-Чирика, от кассы, от кепки продавца, который поднял голову; от белокурых локонов Перлы и от темных глаз Камиллы, которая весело поздоровалась в ответ. Она догадалась, что он вернулся из-за них. Она ждала этого и немного предчувствовала это. Тем не менее она наклонила голову в поисках нужных цветов. Она почувствовала, что мужчина смущен, но не захотела прийти ему на помощь. Он тоже принялся искать цветы, которые на сей раз собирался подарить клошару. Досадуя на недостаток воображения, Камилла с Перлой выбрали огромный букет камелий, которые покорили их своей простотой.