Читаем Улыбка Мев (СИ) полностью

…И не было renaigse, что мог устоять против страшной хвори, смертоносной мести Тир-Фради…

***

Спустя добрую сотню лет Мев сидела в хижине Винбарра и сердилась.

— Хвала en on mil frichtimen, Катасаху это всё неизвестно. Хвала en on mil frichtimen, Катасах не mal3 и не doneigad4, а в с е г о л и ш ь человек, — проскрипел Винбарр, и чёрное пламя гнева начало покидать его глаза.

— Как неожиданно, doneigad. Неужели ты решил охранить нежное сердце бедного Катасаха? — Будущая tierna harh cadachtas5 хмуро сидела возле циновки и рисовала палочкой на земле как зацветают и отцветают синие кусты.

— Ему и так хватает чужой боли, tierna harh cadachtas. Твоей ему не вынести.

— В Мев не осталось ни боли, ни ярости. Только пустота, doneigad, — Винбарр ещё никогда не видел таких честных глаз.

— Дина, деточка, не отвлекайся, там еще много красного металла без блеска.

Заслушавшаяся было Дина встрепенулась, подхватила медную пластину и продолжила её натирать.


Винбарр шагал взад-вперёд по хижине.

— Ты словно нутряной червь, выедаешь у Мев чувство времени для себя самой, Винбарр. У Мев нет другого дома, кроме Тир-Фради, и ты давишь сейчас на чувство дома Мев, doneigad. Видать, ты решил поставить весь остров на службу en on mil frichtimen, если дошел с приказами до нелюдимой Мев, — она грустно опустила ресницы и мысленно прощалась со священным одиночеством.

— Катасах — самый добрый из людей. Ты не смотри, что он мужчина. Целители как известно, не имеют пола, как и мы с тобой. Ну уж коль скоро Праздник, да еще церемония твоего обязательства tierna harh cadachtas, сам en on mil frichtimen велел. Будете видеться только на Праздники, не дольше, но и не меньше. Пора умножать твой потенциал, Мев. Doneigad не видит другого меча для твоих ножен, извини. К тому же деяний твоих Anemen shadi, Людей Тени, совсем не слышно, — он поднял брови и развёл руками.

— Благодарю тебя, doneigad, да будет мягкой земля под твоими ногами, — она спрятала кончики пальцев в ладонях.

В хижину просунулась плоская морда тенлана и заскребла лапами по полу. Дина, не думая, швырнула в него пластину, которую почти отполировала. Та рыжей лентой просвистела и воткнулась зверюге ровно между глаз. Тенлан обиженно замотал головой и запищал.

— Не надо, Дина, это мой, — Мев с видимым усилием вытащила пластину и бросила на пол.


Винбарр тихонько покачал рогатой головой ей вслед:

— это Тебе надлежало бы стать Хранителем Острова, tierna harh cadachtas, Тебе, нелюдимая Мев…

Комментарий к Месть Тир-Фради

en on mil frichtimen 1 - Тысячеликий бог

renaigse 2 - чужаки

mal 3 - вождь

doneigad 4 - жрец

tierna harh cadachtas 5 - Хранительница Мудрости, титул

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кентавр
Кентавр

Umbram fugat veritas (Тень бежит истины — лат.) — этот посвятительный девиз, полученный в Храме Исиды-Урании герметического ордена Золотой Зари в 1900 г., Элджернон Блэквуд (1869–1951) в полной мере воплотил в своем творчестве, проливая свет истины на такие темные иррациональные области человеческого духа, как восходящее к праисторическим истокам традиционное жреческое знание и оргиастические мистерии древних египтян, как проникнутые пантеистическим мировоззрением кровавые друидические практики и шаманские обряды североамериканских индейцев, как безумные дионисийские культы Средиземноморья и мрачные оккультные ритуалы с их вторгающимися из потустороннего паранормальными феноменами. Свидетельством тому настоящий сборник никогда раньше не переводившихся на русский язык избранных произведений английского писателя, среди которых прежде всего следует отметить роман «Кентавр»: здесь с особой силой прозвучала тема «расширения сознания», доминирующая в том сокровенном опусе, который, по мнению автора, прошедшего в 1923 г. эзотерическую школу Г. Гурджиева, отворял врата иной реальности, позволяя войти в мир древнегреческих мифов.«Даже речи не может идти о сомнениях в даровании мистера Блэквуда, — писал Х. Лавкрафт в статье «Сверхъестественный ужас в литературе», — ибо еще никто с таким искусством, серьезностью и доскональной точностью не передавал обертона некоей пугающей странности повседневной жизни, никто со столь сверхъестественной интуицией не слагал деталь к детали, дабы вызвать чувства и ощущения, помогающие преодолеть переход из реального мира в мир потусторонний. Лучше других он понимает, что чувствительные, утонченные люди всегда живут где-то на границе грез и что почти никакой разницы между образами, созданными реальным миром и миром фантазий нет».

Элджернон Генри Блэквуд

Фантастика / Ужасы / Социально-философская фантастика / Ужасы и мистика