Читаем Улица убитых полностью

Мальчик отмерял и намечал карандашом, а мужчина отпиливал доски. После того, как нужное количество досок было приготовлено, мужчина стал сбивать их вместе. В какой-то момент мальчик крикнул:

– Пап, а можно я попробую?

– А ты сможешь? Если испортишь доску, кто будет платить?

– Я не испорчу. Честное слово.

Голос мальчика был полон решимости. Мужчина засмеялся и взглянул на старика. Виктор стоял поодаль и наблюдал за работой.

– Конечно! Пусть попробует, – сказал он.

Идеально сбить крышку у мальчика не вышло. Несколько раз гвозди от его ударов загибались, а два раза он и вовсе промахивался, оставляя на древесине шрамы-вмятины от удара молотка.

– Не стоило тебе этого делать, – сказал отец. Ему было стыдно за сына. Виктор понял это и поспешил его успокоить.

– Ничего страшного. Это ведь просто крышка для колодца. Пусть тренируется, сколько душе угодно.

– Извините, – мужчина поднял ладони вверх, словно сдаваясь в плен. – Обычно он куда более проворен. Видимо, придется ему отработать испорченное.

– Не стоит, – махнул рукой старик. – Это лишнее.

– Вовсе нет. Я хочу, чтобы мой сын научился тому, что каждая вещь в этом мире имеет свою стоимость. И если он испортил что-то, то должен восполнить потерю. Как может: деньгами или работой. Умелые руки ведь всегда ценятся. Только так он научится относиться к вещам бережно.

В голосе мужчины чувствовалась твердость и ни капли злости. Мальчик молчал. Он опустил глаза в землю, жалея о том, что напросился сопровождать отца.

– Ну, – протянул старик, – вообще-то силы у меня уже не те, что прежде. Некоторые вещи в моем возрасте делать не так уж просто. Например, переносить бревна, – старик кашлянул, – проводить ночи в поле, охраняя урожай от диких собак.

Мальчик испуганно посмотрел на отца.

– Или носить почту в город? Вы же носите почту сами? – спросил старика отец.

– Именно так, – нахмурился Виктор. – Сегодняшним почтальонам нельзя доверять.

– И как долго приходится идти? – спросил мальчик.

– Примерно два дня. Если срезать через лес. Если идти по дороге, то все три. Но маленькому мальчику я бы не советовал идти одному по дороге. Вы согласны?

– Без сомнения, – ответил мужчина. – Как думаете, сколько придется топать моему мальцу?

Мальчик подбежал к отцу и взял за руку. Его глаза распахнулись так широко, что глазные яблоки могли бы вывалиться из орбит.

– Ну, не знаю, – старик почесал подбородок. – Ноги у него вроде быстрые и крепкие. Честно говоря, у меня большие сомнения на счет того, что пацан вообще доберется до города. Но как я говорил, я староват и идти самому мне тяжеловато…

– Па-ап! – вскрикнул мальчик.

Старик и мужчина засмеялись. Их смех был громким, был особенным. Мальчик никогда не слышал, чтобы отец смеялся так при женщинах. Он был готов поклясться, что и старик тоже. То был специальный, мужской смех, с помощью которого мужчины всего мира высказывали одобрение и солидарность. Мальчик не умел смеяться так. А потому ему было обидно вдвойне. Старик громко выдохнул:

– В общем, если вы это серьезно, то у меня действительно есть кое-какая работенка. Как раз для такого мальчугана, как ваш. Если конечно, работы он не боится.

Мужчина сплюнул в траву и стянул прохудившиеся рабочие перчатки.

– За это можете быть уверены. Парень хоть и неуклюжий, как и все дети в этом возрасте, но работы не боится. К тому же он достаточно сметлив и быстро учится.

– Тогда по рукам, – стрик пожал руку мужчине, затем мальчику. – Жду тебя завтра в три. Идет?

– Идет, – ответил тот. В ответ Виктор улыбнулся и потрепал его волосы.

На следующий день мальчик был вовремя. Это понравилось старику. Виктор ценил пунктуальность и подумал, что появление соседского мальчугана (несмотря на внушительное расстояние между домами, они действительно были соседями) без пяти три может стать хорошим началом.

Виктор ждал нового работника на крыльце, поглядывая на часы. Секундная стрелка нервно нарезала круги по циферблату, стараясь угодить владельцу. У кромки леса, что взбирался на старый холм, появилась худощавая темноволосая фигура. Мальчик наискосок пересекал зеленый лог. Шахматная фигура на не расчерченном зеленом поле. За его плечами виднелись две ярко-красные лямки школьного ранца. Издали нельзя было разобрать, насколько он был тяжелым. Но, судя по тому, как мальчуган накренился вперед, книг в нем было немало.

– Ты вовремя. Это хорошо, – крикнул Виктор.

Мальчик еле слышно поздоровался. Он сбросил тяжелый рюкзак на землю и спросил:

– Что я должен делать?

– Сразу за работу? Вот это подход! Но знаешь, это было бы слишком не вежливо с моей стороны. Ты ведь только из школы?

Мальчик кивнул.

– Заходи, – Виктор махнул ему рукой. – Я накормлю тебя обедом, а потом приступим к работе.

– Извините, но у меня только три часа. Отец сказал, что я должен вернуться засветло, чтобы помочь матери по дому. Поэтому у вас я должен успеть…

– Ничего не хочу слышать, – парировал Виктор. – Пойдем в дом.

Мальчик пожал плечами.

– Тебя как звать-то?

– Меня…

– Стой! Не говори.