Немного посомневавшись, он все же протянул флягу. Я сделала глоток, от которого перехватило дыхание и заслезились глаза. В животе разлилось тепло. Надо выпить немного, чтобы прошло это странное, тянущее чувство. Чтобы сердце перестало колотиться так нервно. А потом можно еще потанцевать. Только почему-то хотелось, чтобы со мной пошел Дарко. Я решительно отхлебнула еще несколько больших глотков, поморщилась, отдышалась. Просто с ним безопаснее. Вот и все.

— Эй, хватит, — Дарко выхватил флягу у меня из рук, потряс ее. — С ума сошла? Куда столько! Лучше закончи с моей одеждой и идем.

Глядя на меня, он тоже сделал глоток. Я аккуратно высушила его, стараясь не поджечь, потому что сливовица начинала действовать. Хорошая какая штука эта сливовица, и чего Сокол мне ее запрещает? Я хихикнула. Все же до чего у Дарко глупый вид. В волосах трава запуталась. Я подползла к нему ближе, потянулась и сняла ее. Черт. Какие у него волосы гладкие. С трудом удержавшись, чтобы не запустить в них пальцы, я улеглась и стала смотреть на звезды.

— Все? Кончился задор?

— Что ты за… Здесь так красиво, — протянула я мечтательно.

— Ага. Вонючее болото и лес, — его лицо заслонило ночное небо. — Иванка, ты пьяная?

Я фыркнула и поднялась, слегка качнувшись. Он подхватил меня под руку и повел к тропе. Я чувствовала плечом его тепло, и это было приятно. Вдали слышалась песня, где-то кричала ночная птица. Порыв сквозняка донес запах цветов, которые мы собирали для веночков. Мне хотелось продолжать праздник. Вернуться к танцам, играм, прыжкам через костер. Сейчас я была готова в чем угодно поучаствовать.

— Ух ты, смотри! — воскликнул Дарко. В небо над рекой взлетела огненная птица, развернула крылья, завертелась колесом, разлетелась во все стороны. Не успела она погаснуть, как следом взвились сияющие змеи, спирали, распускались цветы из разноцветных огоньков.

— Это наверняка Радомир развлекает селян, — с гордостью сказала я. — Может, тоже что-нибудь этакое придумать?

— Не надо! — Дарко схватил меня за руки. Я удивленно на него посмотрела. — Я хотел сказать, давай просто погуляем.

— Нну-у-у, — протянула я, и заметила, что он смотрит на мои губы. Хм… Иванка, ты ведь уже это делала. Подумаешь, еще разок. Тем более, никто не узнает… Черт. — Дай-ка мне еще своей сливовицы.

— По-моему, тебе хватит. Хотя… — он достал фляжку и протянул мне. — На. Может, так будет лучше.

Я приложилась к фляге и вернула ее хозяину. На этот раз пошло легче. Огни в небе погасли. Я взяла Дарко под руку, и мы двинулись дальше. Я поняла, что мы свернули не на ту дорогу, что ведет к шатру. Куда это он меня тащит? Я резко остановилась, едва не потеряв равновесие, так что Дарко пришлось взять меня за плечи.

— А куда мы идем?

— В поместье.

— В какое еще поместье? — я оттолкнула его и уперлась кулаками в бока. — Я хочу танцевать. Ты будешь танцевать со мной всю ночь.

С этими словами я качнулась в его сторону, и ему снова пришлось придержать меня, а мне — задрать подбородок, чтобы смотреть ему в лицо. Которое немного расплывалось. Он взял меня за подбородок, и, наконец сфокусировав взгляд, я совершенно точно поняла, что именно он собирается сказать. Наверное, любая девушка чувствует, когда ей собираются сказать это. Даже если она в подобных делах совершенно неопытна, и в ней плещется полфляжки сливовицы.

Я не была готова это услышать. Тем более, что-то отвечать. И не смогла придумать ничего лучше, чем просто упасть. Благо, ноги меня и без того не очень хорошо держали. Как и ожидалось, выражать свои чувства сползающей на землю девице Дарко не стал. Вздохнув, он подхватил меня на руки и понес в поместье. Я хотела было возмутиться, но уютно устроилась у него на плече. Немного передохну, вернуться всегда успею. На руках у Дарко было тепло, равномерные шаги укачивали. И я уснула. Кажется.

21

Ох, как же плохо! Мир вокруг качался, веки будто свинцом налились, голова болела так, что шевельнуться страшно. Во рту пересохло, но при мысли о глотке воды подступала тошнота. Не открывая глаз, я пыталась вспомнить, где нахожусь. Не получилось. Судя по всему, в кровати. А бивший сквозь кожу век свет указывал на то, что солнце высоко.

С трудом приоткрыв один глаз, я обнаружила себя лежащей в своей комнате. Луч пробивался между занавесками и падал прямо на лицо. Открыв второй глаз, я отползла от назойливого пятна света и вспомнила. Вчерашний праздник. Сливовица. Дарко. Чтоб меня черти взяли! Я села, отчего голова чуть надвое не раскололась, а комната вокруг закачалась, усиливая тошноту, и увидела, что одета лишь во вчерашнюю нижнюю сорочку. Не очень чистую к тому же. Вспомнила, как надевала ее перед притаившимся в тени Дарко. События вчерашней ночи всплывали в памяти одно за другим, укрепляя в решении умереть от стыда прямо в этой кровати. Тем более, состояние было подходящим.