Бьорнландцы послушались. Вилле скрутили и сорвали амулет, а Сокол убрал защиту, позволяя им подойти.

— Ведите лошадей, которые близко, — распоряжался он. Наверху над нами клубилось, с грохотом приближаясь, снежное облако. — Их в центр, сами сядьте вокруг. Вы двое, — он оглянулся на нас с Дарко и чуть заметно улыбнулся, — оставайтесь как есть.

Я поняла, что все еще сижу на мальчишке.

— Слезь с меня, ведьма! — он вывернулся и сел рядом.

— Только попробуй дернуться, придурок, и тебе конец, — прошипела я.

— Чего? Ты себя в зеркале видела, пигалица? — он усмехнулся. — А магия меня твоя, как видишь, не берет.

— Да я тебя без всякой маги уделаю, — я сжала кулаки. — Задохлик.

— Ой, какая грозная! Ну…

В эту минуту лавина с ударом, от которого, казалось, задрожала земля, врезалась в купол. Взвизгнув, я схватилась за Дарко. Он, в свою очередь, вцепился в меня.

Молча мы ждали, когда все кончится. Притихшие воины сгрудились вокруг странно спокойных лошадей. Снежная масса проносилась над нами, скользя по невидимой преграде. Сокол, прикрыв глаза и выставив над собой руку, сосредоточенно держал защиту. Я в который раз восхитилась его силой.

— Ну что, Йована, — сказал он, когда снег прекратил движение. — Давай откапывать нас. Обниматься будете потом.

Я осознала, что мы Дарко так и сидим, вцепившись друг в друга. Он успел оттолкнуть меня первым.

— Придурок.

— Ведьма.

— Йована, иди сюда и берись за дело.

Метнув в мальчишку испепеляющий взгляд, я подошла к Соколу. Мы приложили ладони к куполу.

— Расчищай проход. Можешь перемещать снег или топить его — не важно. Главное, аккуратно и быстро, хорошо?

— Хорошо.

Я сосредоточилась и начала плавить снег. Дело быстро пошло на лад. За спиной было так тихо, словно мы остались вдвоем; я обернулась и увидела, что бьорнландцы сидят, равнодушно уставясь в одну точку. Над ними возвышались сонные лошади.

— Что это с ними?

— Мы бы не справились с напуганными лошадьми, — ответил Сокол. — Вот я и наложил заклятье. Ну и на наших друзей заодно. Только действует оно недолго, так что давай-ка ускоримся.

Я кивнула. Вскоре из-под купола появился выход на поверхность, достаточно высокий, чтобы пропустить лошадей. Прежде чем Сокол снял с него барьер, Дарко спокойно прошел сквозь магический заслон и выбрался наружу. Сокол оценивающе посмотрел на меня, и я почувствовала, как он касается моей ауры.

— Отдыхай, я пока уплотню коридор.

— Я помогу.

— Нет. Ты же выложилась почти полностью.

Словно в подтверждение его слов у меня кровь пошла носом. Алые капли упали в снег. Черт. Я почти не чувствовала в себе магии.

Через несколько минут все было готово.

— Выводи лошадей. Рубаки выберутся сами.

9

Мы стояли на расчищенной Соколом площадке и смотрели друг на друга. Из людей никто не пострадал. Из лошадей, что мы не успели завести под купол, две погибли. Они были сменными, так что, по крайней мере, каждый остался в седле. Одна из телег, также не попавшая под купол, оказалась погребена под снегом.

Пока мы раскапывали выживших животных и выбирались сами, все будто забыли о стычке. Но вот настал момент, когда нужно было решать, что делать дальше.

— Даже и не знаю, как нам теперь быть, — сказал Густав. — Ты спас наши шкуры, и мы теперь вроде как перед тобой в долгу. Но отдавать товар я не собираюсь. И чтоб ты нас властям сдал, сам понимаешь, не хочу.

— Я не занимаюсь охраной порядка, — ответил Сокол. — И по-прежнему готов сопровождать вас. Но за то, что мы оставим тебе товар, придется заплатить, Густав. Как дорого ты его оценишь?

Густав нахмурился.

— Интересно, много ли сил у тебя осталось, маг.

— Проверим? — в голосе Сокола зазвучала угроза. Я посмотрела на него внимательно. Мне кажется, или он правда бледен? Вот зараза, он ведь из-за меня не спал этой ночью! Стало стыдно. Что я, в самом деле, как ребенок? Пусть бы смотрел мои сны. Чего он там не видел.

Тем временем Густав, немного подумав, решил уступить.

— Сколько ты хочешь?

— Мне не нужны деньги. Отдай мне его.

Проследив за жестом, я увидела сидящего на снегу Дарко. Услышав эти слова, он в ужасе переводил взгляд с Густава на Сокола. Почему он так боится? Мой наставник ничего плохого ему не сделал. Да и бьорнландцы обращались с парнем не лучшим образом. Может быть, и в самом деле в рабство его продать собирались. Неужели даже рабство не так пугает, как Сокол?

— Зачем тебе этот щенок? — небрежно спросил Густав. — Он еле ползает, сдохнет не сегодня, так завтра. Мне честь купеческая не позволит такой гнилой товар тебе подсунуть, друг.

Как будто она была у него, честь. Но говорил он дело. Зачем нам этот полоумный? Не иначе, Сокол просто подобрать его решил, как кошку бродячую. По доброте душевной. Я сердито посмотрела на него. Если так дальше пойдет, то мы скоро целую армию соберем больных и увечных.

— Не волнуйся, меня этот товар вполне устроит. Разве ты не рад так дешево отделаться? Друг.

— Ладно, маг, твоя взяла, — вздохнул Густав. — Но коня к нему не прилагается. Самим не хватает.

— Он поедет на телеге до тех пор, пока мы с вами не расстанемся, — возразил Сокол.