Читаем Угрюмый город полностью

Кабинет нисколько не изменился, Кравцов, впрочем, тоже. Увидев, кто к нему пожаловал, он, не сводя с Дениса затравленно-ненавидящего взгляда, зашарил рукой под столом, вытащил микрофон на подставке и, демонстративно водрузив его на столе, щелкнул где-то внизу кнопкой магнитофона. Сам при этом не сказал ни слова.

— Валерий Андреевич, нам нужно поговорить, — Денис уселся без приглашения.

Кравцов чуть отъехал от стола, приоткрыв верхний выдвижной ящик. Пистолет он там держит или еще один магнитофон, на случай, если первый пленку зажует, усмехнулся про себя Денис. Кравцов опустил руку в ящик, но ничем не щелкнул, — значит, пистолет.

— Признаю, что в прошлый раз вел себя непростительно грубо, — Денис повинно склонил голову, всем своим видом демонстрируя глубочайшее раскаяние, — был не прав и готов принести извинения…

Левая бровь Кравцова от удивления самопроизвольно поползла вверх, но он тут же спохватился и вернул лицу прежнее выражение. А Денис, мысленно записав очко в свою пользу, продолжал гнуть намеченную линию:

— Не буду оправдывать свое поведение объективными причинами. Они у меня, естественно, были, но вам от этого не легче. И еще я не до конца понимал, с кем имею дело. Жанна объяснила мне, что вы тут человек не случайный, что вы заняли место Олега по праву. Как мне удалось выяснить, на момент появления Игоря ворошить случившееся никто, кроме него самого, не желал, в том числе и родители, так что, отказав ему в помощи, вы руководствовались их интересами и интересами компании. Ну а у меня и вовсе не было причин рассчитывать на ваше сотрудничество, не говоря уже о деспотичной форме, в которой я пытался вам его навязать. Теперь я осознаю абсолютно четко: в сложившейся на сегодня, скажем так, имущественно-семейной ситуации, решать, чем заниматься «Сатурну», будет только вдова Олега. Она еще раз дала мне понять, что не станет проводить собственное расследование, но, взглянув на дело другими глазами, я больше не берусь ее осуждать. И отстаивать притязания Игоря на пост директора «Сатурна» считаю отныне занятием не только бесперспективным, но и неэтичным. Хотя бы по отношению к его племяннику. Насколько я изучил Игоря и насколько познакомился с вами — с организационной и коммерческой точки зрения вы сможете вести дела несравненно более успешно.

Хорошо, что эта покаянная тирада была продумана заранее и заучена практически наизусть. Иначе, глядя, как Кравцов прямо на глазах словно увеличивается в размерах, наполняется собственной значимостью, затравленность его с каждой секундой тает, сменяясь надменностью, как он уже покровительственно кивает и с удовольствием косится на магнитофон, который фиксирует для потомства его триумф над столичным выскочкой… Короче говоря, если бы не вызубрил, давно бы уже сбился, а хуже того — заржал в самый неподходящий момент и тем самым все испортил.

— В итоге я оказался в патовой ситуации. — Денис смиренно сложил ладони на животе и пожевал губами, делая вид, что подбирает подобающие случаю слова. — Остановить расследование на нынешней стадии уже не в моих силах, а без понимания, чем занимался Олег в день гибели, я не могу расставить все по своим местам. Как мне представляется, он провел почти все утро, а возможно, и часть дня здесь, в офисе, вероятно, назначил какие-то встречи. Разговаривать со мной и моим напарником своим людям вы запретили, и они — отдаю вам должное — неукоснительно подчиняются этому запрету. Такая получается незадача…

Кравцов хотел что-то сказать, но только смешно булькнул и закашлялся. Денис собирался уже хлопнуть его между лопаток, но увидел на подоконнике бутылку боржоми и стакан. Подал их Кравцову. Тот большими глотками осушил полстакана и, смахнув набежавшую во время приступа кашля слезу, взвизгнул:

— А вы думали, раз притащились из столицы, значит, все здесь будут на вас молиться?! — голос у него срывался с фальцета на хрип и обратно, но он уже не в состоянии был сдерживать распирающее его чувство, он упивался собственным превосходством и не обращал внимания на то, как нелепо выглядит. — Станут ходить перед вами на задних лапках и заглядывать в рот, да? Чего вы еще такого пожелаете, господин Грязнов?! Думаете, явились сюда, землю тут носочком поковыряли, и все вокруг растаяли?! Можно опять лезть в бутылку?! Вы понимаете, что я имею полное право вышвырнуть вас сейчас за дверь?

Денис безропотно кивнул.

— Вы понимаете, что я действительно могу это сделать?

Еще один кивок.

— Нет, вы скажите это вслух!

Запись для потомства, будет чем гордиться? Да пожалуйста! Денис отчетливо, чуть наклонясь к микрофону, произнес:

— Вы можете сейчас вытолкать меня взашей. И у меня не останется шансов довести расследование до логического конца.