Читаем Угрюмый город полностью

— Окстись! Она тебе футбол смотреть не даст. И так никакой жизни, ни один матч толком не посмотрел. Включай уже давай!

Еще раз посмаковали, как незаслуженно изгоняли с поля Анри, как забивал свой незасчитанный гол Трезеге, увидели воочию сенегальца Салифа Дьяо. Щербак на некоторое время утерял чувство реальности и тихо постанывал от удовольствия: «Какая банка! Нет, какая банка». Когда обзор кончился, Денис дал ему еще несколько минут, чтобы прийти в себя.

Запись разговора с похитителями прослушали раз десять.

— Не за что зацепиться, — констатировал Щербак. — Посторонних шумов не слышно, в голосе и манере говорить ничего особенного. Нормальный наглый голос. Я бы сказал, что этому уроду далеко за сорок, но и все ведь! Были б мы в Москве, можно было бы поиграться с записью, может, чего-нибудь бы отфильтровали.

— Значит, нужно оцифровать и отправить Максу, пусть поколдует. В этом интернет-баре, где ты Игоря искал, есть нормальная аппаратура?

— Есть. А потом будем записывать всех, кого встретим, и тоже Максу отсылать, чтобы сравнивал?

— Между прочим, это идея, — поддержал Денис. — Отныне всюду ходим с диктофонами, пишем все телефонные разговоры. Хуже не будет.

— Но и лучше не станет. Пока Макс там колдует, тут Игорю уши отчикают.

— У тебя есть конкретные предложения?

— Есть, конечно. Протухли уже. Тебе же все некогда выслушать, бедненькому: то тебя буксируй, то тебе спать хочется, то тебе магнитофон ищи…

— Не брюзжи, Коля.

— Это не я брюзжу, — надулся Щербак. — Это ты сатрапствуешь! Дома, конечно, на Головача можно поорать, на Демидыча, на Макса, а тут я один за всех выгребаю…

— Больше так не буду, — пообещал Денис.

— Не верю.

— Дяденька Станиславский, простите засранца, я больше никогда, никогда, вот истинный крест!

То-то же, — довольно ухмыльнулся Щербак. — Помнишь, Лилечка-красавица сказала, что Игорь просил ее ходить в гостиницу в полседьмого, полдевятого, полседьмого, полдевятого и т. д., каждый раз разными маршрутами? Так вот посмотрел я на эти маршруты и заметил одну замечательную закономерность: все они не только начинаются у нее дома, а заканчиваются в гостинице, но все еще проходят в непосредственной близости от площади Ленина. А на площади у нас что? Футбол. Причем как раз в семь и в девять. То есть Игорь собирался перехватить Лилечку где-нибудь в районе площади, если бы возникла такая нужда, поговорить, а потом еще и футбол успеть посмотреть.

— Но почему он на площади футбол смотрит?

— А! Из этого можно тоже сделать кое-какие выводы: либо он следил за кем-то, кто тоже смотрел на площади футбол, либо встречался с кем-то в толпе, либо он, когда выписался из гостиницы, заполз в нору, расположенную на одной из окраин города. А там ежедневные, вернее, ежевечерние веерные отключения электричества, то есть телевизором можно только орехи колоть. Но я, естественно, пошел дальше. Я там каждый булыжник обнюхал и сообразил, что буквально в двух шагах же — автовокзал. А на автовокзале целый зал — автоматические камеры хранения, привет Шуйскому! — он постарался. Ячеек там море, номера четырехзначные, на каждой панелька с кодом — еще шесть цифр, я почему тебе звонил, спрашивал про четырехзначное и шестизначное число. Срок хранения не совковый — тридцать суток.

— И какой нам прок от этих камер хранения? — спросил Денис, уже понимая, к чему Николай клонит, но давая ему возможность полностью насладиться собственной проницательностью.

— А такой! Если Игорь нашел какие-то улики по убийству Олега, свидетельства очевидцев или еще что-то он, зная, что за ним следят — а Лилечка говорила, что он это подозревал, — не стал бы держать это при себе, а спрятал бы в надежном месте. Например, в камере хранения. Если Игорь понял, что следившие за ним люди — серьезные и ему реально что-то угрожает, там же в камере хранения он мог оставить для нас наводку. Если не имена их, то хоть что-нибудь. Он фактически дал нам все, чтобы понять, где искать, он знал: когда Лилечка расскажет нам о странной системе их встреч, мы все поймем.

— А номер ячейки и код?

— Наверняка и это тривиально! — с жаром заверил Щербак. — Просто нужно вспомнить, что нам еще про него рассказывали Лилечка, родители, Потапов… ну не знаю, Кравцов! И раскусить эту шараду.

— Ладно, — подытожил Денис, — поехали раскусывать.

11.50

— Молодые люди, документики ваши, будьте добры. — На выходе из гостиницы Дениса и Николая остановили двое милиционеров-пэпээсников.

— Стряслось что-нибудь? — широко улыбаясь, поинтересовался Щербак.

— Старший сержант Анечкин, — вместо ответа представился старший, второй— просто сержант — требовательно протянул руку:

— Пожалуйста, ваши паспорта.

Сыщики предъявили документы.

— С какой целью прибыли в Снежинск? — спросил Анечкин, внимательно изучая паспорта, особенно страничку с пропиской.

— С благовидной, командир, — попробовал отшутиться Николай. — Что-то случилось? Бандитов ловите?

Старший сержант, кажется, шуток не понимал, он повторил вопрос:

— С какой целью прибыли в Снежинск? Как долго планируете пробыть в городе?