Читаем Угасший мир (СИ) полностью

========== Огонь внутри ==========

Темнота. Абсолютный мрак, нарушаемый лишь едва различимым треском электростатических помех, стал первым моим воспоминанием в этом мире. Такое состояние длилось целую вечность. Я не ощущал ни света, ни звука – помехи я счёл игрой моего воображения – ни запахов, ни своего тела. Я был всего лишь бесплотной сущностью, безмолвной и вечной, словно вакуум… пока наконец мой мозг всё не испортил и не решил проснуться. Как не вовремя…

Пробуждение заставило все, до последнего нейрона, клетки моего организма запустить стресс-тест, поэтому процесс активации тела был на редкость противным: неожиданно обретённая физическая оболочка несколько секунд воспринималась просто как одна большая вспышка боли. В довесок сквозь плотно закрытые веки пробился яркий солнечный свет, заставивший глаза зудеть и слезиться, а по ушам резанул свист пустынного ветра, порыв которого осыпал меня песком и грязью.

Я наконец разлепил веки, особенно пришлось помучиться с неподатливой мутной защитной плёнкой, так называемым третьим веком, которое, видимо, жило своей жизнью и считало, что открывать глаза было бы опасно… и в его поведении был свой смысл: под веки сразу же набралось по пригоршне песка и пыли, поэтому пришлось секунд пятнадцать яростно моргать, чтобы взгляд хоть немного прояснился.

Окружающий пейзаж меня ни разу не порадовал: я очутился в центре свалки металлолома, а некстати заработавшее обоняние подарило мне массу запахов разной степени тошнотворности. Поборов приступ дурноты, я с усилием встал на все четыре ноги. По мышцам пробежала судорога, и я едва вновь не рухнул на землю, но, прикусив нижнюю губу, устоял.

Тело, к слову, было вытянутым, длиной метров в пять, с непропорционально большой головой, короткой шеей и длинным хвостом, оснащённым на конце рулевым «оперением» в виде подвижных кожаных «лепестков». «Возможно, когда-то я мог летать», - подумал я и только тогда почувствовал, что на спину давит нечто тяжёлое – два больших мощных крыла, которые пребывали в сложенном состоянии. Я доковылял до центра небольшой площадки между кучами мусора и попробовал аккуратно расправить свои «летательные конечности». Результатом стало полное фиаско: что-то противно хрустнуло, и я рухнул на землю от новой порции болевых ощущений. Шикарно, что скажешь: тело-то ещё и с дефектами – правое крыло было явно сломано.

Пока я занимался физическими упражнениями, неподконтрольная мне часть моего мозга жила своей жизнью, восстанавливая какие-то свои фрагменты, что выражалось, как я предположил, в лёгкой ряби на границе поля зрения и судорожном метании мыслей. Я принял это как должное и вновь прилёг на участок пожухлой травы, которая была не сильно, но всё же мягче песка.

Когда боль в потревоженном крыле сошла на нет, а мышцы перестали гудеть, прогоняя свои проверки на исправность, я собрался с силами и двинулся… нет, поковылял обследовать окрестности, попутно разобравшись, как приглушить обоняние, чтобы местное амбре не так досаждало – я случайно расфокусировал взгляд, и моему взору предстало интерактивное меню, которое проецировалось прямо на сетчатку глаз. Язык моей операционной системы не был человеческим – меня создавали далеко не люди. «Ну что ж, поздравляю тебя, чужак, ты машина, причём машина устаревшая и разбитая», - сказал я самому себе, думая, что все рабочие детали (или импланты, частично выращенный биологическим путём киборг и механизм, собранный полностью искусственно – вещи разные) рассыпались в труху, и не ожидая, что меню будет функционировать. Но надёжность «начинки» превысила мои ожидания, с чем я тоже не преминул себя поздравить. «Ну, быть машиной даже хорошо, наверное, из-за металла в теле меня и не сожрали. Да и не мутит теперь, тоже плюс». Я был уверен, что в месте, где я оказался, водились весьма опасные хищники, и вскоре даже понял причину своей уверенности: из того же меню можно было попасть в обширную базу данных, которая во вкладке «Фауна» содержала директорию «Хищники» … которая была повреждена, как и большинство других. Больше всего меня заинтриговал раздел «О нас» - снедало любопытство, кто же такие «мы», - но он тоже был заблокирован из-за потери фрагментов.

Оставшиеся участки памяти в данной ситуации были откровенным хламом: уцелели сведения в основном научного характера, такие как теория элементарных частиц в трёх сотнях страниц. Вот скажите на милость, зачем мне высшая физика на выжженной свалке? Единственным, что мне помогло, был технический толковый словарь: некоторые слова, упоминаемые в пунктах меню, вводили меня в ступор ввиду всё тех же нарушений памяти.

Свалка пустовала, лишь иногда я замечал копошащихся в мусоре мелких серых животных, которые шустро скрывались в грудах лома при моём приближении. Жутко мучила жажда и тихо подкрадывался голод – всё-таки киборг, подумал я; механизм искал бы источник чистой энергии.