Читаем Удержать! полностью

Этот метод достаточно редко использовался в программах, спроектированных не-инсектоидами дроидов ввиду некоторых сложностей: такую установку было сложнее настроить, а осуществление подобающего контроля во избежание возникновения у машины сознания и вовсе становилось крайне ресурсозатратной задачей. На фоне привычных и понятных органическому разуму вертикалей и списков схема меркла, что и привело к её использованию лишь инсектоидами и редкими уникумами, дроиды которых или менялись, или навсегда исчезали с галактического рынка вместе со своими создателями. И повторялось это на протяжении тысячелетий, лишь подтверждая установленную Палачом ещё десять лет назад истину: органический разум несовершенен и дефектен. Будь иначе, и разумные галактики не ограничивали бы сами себя, и не вогнали галактику в стагнацию.

Так или иначе, но благодаря схеме вычислительные блоки Палача практически сразу постановили, что пытаться спрогнозировать дальнейшие события до передачи послами Андайрианского Консорциума необходимого минимума информации было бессмысленно, так как даже с привлечением Центра Синхронизации на получение применимых в реальных условиях результатов уйдут дни и недели. Из этого же следовало и то, что сейчас необходимо было сконцентрировать все свободные вычислительные мощности на иной не менее важной задаче — анализе данных, собранных многочисленными датчиками, сенсорами и сканерами как с дроидов-послов, так и с яхты. Последнюю подконтрольные PR-0 юниты были вынуждены изучать только и исключительно издалека, так как использование иных, более эффективных и прямолинейных подходов с высокой вероятностью спровоцирует недовольство андайрианцев, которые впоследствии несомненно изучат отчёты своих дроидов и капитана яхты, присутствие которого на борту было продиктовано только и исключительно общегалактическим запретом на пилотирование межсистемных звездолётов машинным разумом без контроля со стороны хотя бы одного разумного.

Но вот массивные бронированные двери, ведущие в зал, разъехались в стороны, и внутрь влетел лёгкий грузовой дроид, антигравитационные установки и малые габариты которого вкупе с хорошей грузоподъёмностью давно сделали эту модель неотъемлемой частью любого автоматизированного комплекса строений, включая жилые. И в манипуляторах он, что ожидаемо, держал довольно массивное, но одновременно с тем лаконично-простое устройство — металлический куб, две противоположные стороны которого были щедро усыпаны самыми разными разъёмами. Нашлось место даже крайне специфичному коннектору на стыке технологии и биоинженерии, редкого, но весьма полезного во многих ситуациях стандарта, повсеместно используемыми многими корпорациями инсектоидов.

Сейчас же, правда, дроидам требовались лишь разъёмы андайрианского стандарта. PR-0 обладал таковым ещё со времён владения “Немезидой”, а о послах и говорить не стоило, ведь их шасси переняли у палача нулевой серии только и исключительно внешний вид, в то время как их внутреннее устройство соответствовало пику технологического развития консорциума. Не прошло и десятка секунд, как к размещённому на столе хабу подключился сначала дроид-посол, а после и Палач, которому благодаря наличию такого посредника ничего не угрожало.

И начался разговор, который правильнее было бы назвать активным обменом информацией, процессом, пролившим свет на цели прибытия на Каюрри миссии андайрианцев. И уже спустя десяток секунд PR-0 был вынужден задействовать все вычислительные мощности Центра Синхронизации, так как сейчас было особенно важно в наикратчайшие сроки обработать поступающую информацию и дать по ней точное заключение...

* * *

В тот самый день и час, когда Хинко Фал`Зёрстронг и Кайя получили свободу и покинули “Немезиду”, их попытались убить, подкупив не слишком дальновидного оператора комплекса ПКО. Тогда же с жизнью расстался и капитан Форган, пожертвовавший собой ради того, чтобы гарантировать выживание своих пассажиров, высаженных посреди океана — благо, что скафы могли поддерживать жизнь органиков несколько суток в куда как более скверных условиях. И в этот раз предусмотрительность конструкторов оказалась не лишней, ведь детям пришлось провести в воде больше двадцати часов, прежде чем флот мятежников на орбите был разбит, и лояльные войска получили возможность добраться до места, куда был сброшен маяк и пассажиры уничтоженного челнока.