Мы с Фэй хотели провести некоторое время в Ирландии вдвоем, прежде чем прибудет остальное семейство, поэтому все остальные прилетали позже, чтобы заняться всеми обязательными отпускными туристическими штучками. Я с нетерпением ждал знакомства с местами, где выросла Фэй.

Мама заключила ее в объятия.

– Береги себя и присматривай за моим мальчиком.

Я закатил глаза. Мне уже восемнадцать, у меня серьезные отношения и поступление в Гарвард осенью. Меня с натяжкой можно было назвать «мальчиком».

– Конечно, – ответила Фэй. – Я как следует за ним присмотрю. Тебе не о чем беспокоиться.

Она сказала это сладким голосом с наигранной улыбочкой праведницы, и мне пришлось подавить смешок, угадав скрытый смысл ее слов. Мои мысли унеслись далеко, к тем местам, где я собирался ее отыметь, когда мы доберемся до ее дома в Ирландии. Там нас никто не побеспокоит. Я собирался перевернуть мир своей девушки и сделать так, чтобы она узнала о таких чувствительных точках, о существовании которых даже не подозревала.

Но моя мама все прекрасно понимала.

– У тебя с собой косметичка, которую я дала? – спросила она с невинной улыбкой. Фэй сглотнула, на ее щеках проступил румянец. – Чудесно. – Мама снова улыбнулась и развернулась, ударив меня в плечо.

Я удивленно посмотрел на нее.

– Что за черт?

– Смотри, чтобы Фэй не забеременела. – После этой фразы братья разразились смехом. – Я слишком молода, чтобы становиться бабушкой.

У меня на языке вертелось готовое обвинение в лицемерии, но я вовремя себя одернул. Нас заставили поверить, что она забеременела Кэйдом в Ирландии, когда впервые встретилась с отцом, но все было совсем не так. К тому моменту, как она достигла ирландских берегов, у нее уже были два карапуза и я в утробе. Наши отношения с мамой определенно улучшились с тех пор, как она продала линию одежды Кеннеди. Хотя мама все еще продолжала неофициально консультировать владельцев, это занимало всего пару часов в неделю, и в основном она работала из дома.

Было здорово, что она находилась теперь все время рядом, но… непривычно.

Отец съехал после Рождества, но купил дом всего в трех милях от нас, так что мы могли видеться в любое время. Хотя мы все еще называли домом то место, где жили, мы старались разделять свое время между обоими родителями. Не всегда получалось идеально, но могло быть и хуже. Их расставание прошло на удивление прозаично. И хотя оба хорошо справлялись, никто из них не завел новых отношений, и я не мог перестать переживать, что все так вышло. Однако развод не упоминался месяцами, и хотя технически они жили раздельно, но формально оставались женаты. Я был уверен, что остальные тоже надеются, что мама с папой каким-то образом найдут путь к примирению.

Мой психотерапевт помогала мне разобраться в чувствах относительно всего произошедшего, и у меня появился прогресс, «плохие дни» стали случаться реже. То, что Фэй со мной, очень помогало. Честно говоря, я не мог вспомнить, какой была моя жизнь до нее. Она делала мир светлее во всех смыслах.

Дело Кортни было передано в суд в прошлом месяце, за несколько недель до нашего выпуска. Пережить это при столь пристальном внимании прессы было довольно сложно, но мы справились. Копы крепко взялись за нее, и остаток своей жизни ей предстоит провести за решеткой. Эддисон тоже оказалась приговорена к пожизненному заключению, но другого рода. Ее парализовало ниже пояса, и теперь ее ждало другое будущее, совсем не похожее на запланированное. Учитывая обстоятельства, все обвинения с нее были сняты. Помогло то, что Эддисон не принимала участия в совершенных Кортни убийствах, и Фэй выступила в ее защиту, дав показания, что она пыталась ее спасти.

Предстояло еще судебное слушание по делу Дэвида – а пока он прятался под защитой невменяемости, – но я был уверен, мы будем готовы к тому, чтобы столкнуться с ним, когда придет время.

– Кайлер, – мама стиснула мои руки, вырвав меня из раздумий, – ты слышал меня? Это прекрасная девушка не должна залететь. По крайней мере не в ближайшие несколько лет. А потом ты получишь мое полное одобрение. – Она мечтательно улыбнулась. – Могу представить, какие милые у вас будут детки.

– Мама! – Что за черт в нее вселился? Минуту назад она предостерегала, чтобы Фэй не забеременела, а теперь готова упасть в обморок от умиления, представляя наших будущих детей. Моя семейка действительно чокнутая.

Фэй что-то залепетала, и я понял ее намек. Подхватив багаж, она направилась в сторону двери, по дороге схватив меня за руку и потянув за собой.

– Всем пока! – крикнула она. – Мы не хотим опоздать на рейс.

Я расхохотался над внезапным приливом торопливости, которого так не хватало пару минут назад.

Фэй

О боже. Я не могу поверить, что Алекс сказала это при всех. Земля, разверзнись и поглоти меня, пожалуйста!