Читаем Удар полностью

Солнце, уйдя за море, отдавало свой последний свет земле, и комната наполнялась темнотой. Тайгер расчистил в углу место от ракушек, бросил туда два надувных матраса, которые привез ему Ицу, и лег.

Он проснулся в шесть утра и с трудом заставил себя подняться. Болели все кости. Тупая боль ощущалась также в области почек, а желудок требовал пищи. Чужое тело доставляло ему немало хлопот.

Тайгер достал из сумки две банки консервированных сосисок и принялся есть. Закончив с завтраком, он поставил стул ближе к окну и, присев, приготовился ждать.

В полдень ворота виллы распахнулись, и во двор медленно въехал черный «кадиллак». Тайгер встал и принялся наблюдать за происходящим.

«Кадиллак», почти вплотную подъехав к парадному, остановился. Из него вышли Ицу и Вольф.

Тайгер наконец-то увидел того, кого ждал с самого утра.

Вслед за «кадиллаком» во двор въехал небольшой фургон, из которого четыре рабочих выгрузили несколько серебристых контейнеров и внесли их на виллу.

Вид у Вольфа был очень удивленный. Он подошел к Ицу, который распоряжался рабочими, и произнес:

– Очевидно, дела мистера Баха совсем плохи, если он решил снять такую развалину.

Ицу рассмеялся и сказал:

– Нет, отчего же, дела мистера Баха идут блестяще как никогда! В этом вы убедитесь, войдя внутрь. – Ицу жестом пригласил Вольфа войти.

Вольф неожиданно уперся.

Ицу дождался, когда фургон с рабочими выедет со двора, и сделал шаг к Вольфу.

– Теперь уже поздно, мистер Вольф, поздно о чем-то догадываться. Игра, профессор, идет по-крупному. Мы поставили на кон свои жизни, и поэтому чья-то другая жизнь для нас мало значит. Либо вы делаете то, что вам сейчас скажут, и получаете свой миллион, либо умираете, немедленно!

Вольф оглянулся на распахнутые ворота и произнес:

– Я вынужден подчиниться насилию, – он, высвободив свой локоть из руки Ицу, вошел в открытую дверь.

– Оставьте эти нелепые фразы, профессор! – произнес Ицу. – Вы же неглупый человек.

Вольф промолчал, но, когда они вошли в комнату, где находился Тайгер, произнес:

– Вот именно, неглупый! И потому не желаю даже косвенно участвовать в убийстве! – Он в недоумении уставился на ракушки, разбросанные по полу.

Ицу щелкнул пальцами.

– Что-то я перестаю понимать вас, профессор. О каком убийстве идет речь?

– О каком?! – Вольф резко повернулся к Ицу. Ракушки взвизгнули под каблуками его светлых туфель. – Как я понял, вы собираетесь вернуть этому молодому человеку его тело, – Вольф указал в сторону Тайгера, сидящего на стуле.

– Да! – Ицу согласно кивнул.

– А что вы собираетесь делать с Бахом, когда он окажется в своем теле? – задал вопрос Вольф и тут же сам на него ответил: – Ликвидировать! Иначе он сделает это с вами!

– Вы… – начал было Ицу, но тут же осекся и, прищурив и без того узкие глаза, внимательно посмотрел на Вольфа. – Вы, вообще-то, читаете газеты, профессор?

– Иногда, – буркнул Вольф.

– Ну, тогда я вам скажу то, о чем вы могли бы догадаться, если бы почаще заглядывали в них. Как только Бах вернется в свое тело, он окажется старым толстым дураком, не имеющим за душой ни гроша!

Вольф недоверчиво посмотрел на Ицу и произнес с иронией:

– Неужели?

Ицу вздохнул:

– Если бы вы, мистер Вольф, все-таки заглядывали в газеты, то мне не пришлось бы вам сообщать, что Бах отказался от своего состояния, от всего движимого, недвижимого и прочее, в пользу одного небезызвестного вам молодого человека. Мистер Бах удалился от дел, он устал, – Ицу сунул руки в карманы брюк и сделал многозначительную паузу. – Ну, теперь-то вы что-нибудь понимаете?

Вольф несколько мгновений ошарашенно смотрел на Ицу, затем шагнул к стулу и сел прямо на толстый слой пыли, покрывающей его.

– Да… да! – с видимым усилием произнес он. – Теперь понимаю… Ну что ж, поздравляю, – Вольф повернулся к Тайгеру, – скоро вы станете невероятно богатым.

– Ну вот и отлично, – произнес Ицу. – Вы сказали – скоро, значит, вы согласны, но все-таки, Тайгер, держи его на прицеле, пока я не вернусь. Если все будет удачно, через час-полтора, я буду здесь.

Оставшись одни, они некоторое время молчали. Вольф смотрел в окно, Тайгер разглядывал ракушки у себя под ногами.

– Поймите меня правильно, – первым нарушил молчание Вольф. – Я лично против вас ничего не имею, если хотите, вы даже вызывали во мне симпатию, но Бах, – Вольф покачал головой. – Бах со своими деньгами всемогущ, почти как Бог.

– Не надо оправдываться, профессор, ваши оправдания нужны разве что вам самому, – прервал его Тайгер. – Я бы хотел сейчас услышать от вас только одно – как вы это делаете?

– Что именно?

– Как вы перемещаете людей из одного тела в другое?

– Я их не перемещаю. Перемещается только информация, заложенная в мозг в течение жизни, только информация, – повторил Вольф, – не более. Процесс перемещения не распространяется на подсознание и на все то, что с ним связано. В данном случае нельзя даже сказать, что я перемещаю разум человека. Только лишь рассудок.

– А какую вы видите разницу между первым и вторым?