Читаем Удар Орла полностью

Казак понял, что же двигалось, лишь когда оно переползло на плечо, а потом на шею – и что-то делать было уже поздно. Он очень медленно повернул голову и на самой границе поля зрения увидел паука, сидевшего на шее, прямо под подбородком. Он сглотнул. Почувствовав вес, он сначала подумал, что это тарантул, но на самом деле всё оказалось хуже, намного хуже. Чёрный-чёрный паук с маленькой головкой и отвратительным распухшим телом, похожим на переспелый, вот-вот готовый лопнуть фрукт. Он знал, что если смог бы перевернуть паука на спину, то на брюшке обнаружил бы красную метку, похожую на песочные часы.

Чёрная вдова. Latrodectus curacaviensis. Один из самых смертоносных в мире пауков.

Паук пополз дальше, одна из его передних лапок почти коснулась уголка рта Казака. Остальными лапами он по-прежнему держался за шею, а тело теперь висело прямо под нижней челюстью. Казак хотел снова сглотнуть, но не решался. Любое движение может потревожить паука – хотя, собственно, ему даже повод не нужен, чтобы напасть. Казак решил, что это, должно быть, самка, а она в тысячу раз хуже, чем самец. Если она решит его укусить, то полые зубы впрыснут ему в кровь яд-нейротоксин, который парализует нервную систему. Поначалу он ничего не почувствует – останутся лишь две крохотные ранки на коже. Боль придёт через час – волнами, одна за другой. Веки распухнут. Он не сможет дышать. Начнутся конвульсии. Почти наверняка он умрёт.

Может быть, стоит поднять руку и попытаться скинуть с себя отвратительное создание? Если бы паучиха сидела где угодно ещё, Казак бы, возможно, рискнул. Но её почему-то очень заинтересовала его шея – должно быть, из-за пульса, который там прощупывался. Он хотел позвать Охотника, но даже двигать мышцами горла – слишком большой риск. Он едва дышал. Охотник всё ещё готовился к выстрелу, даже не замечая, что происходит вокруг. Что ему делать?

В конце концов он решил свистнуть – то был единственный звук, который он посмел издать. Он в ужасе чувствовал, как же крепко паучиха за него уцепилась. Вторая лапка коснулась его губы. Она что, собирается залезть ему на лицо?

Охотник повернул голову и сразу понял, что что-то не так. Казак стоял неестественно спокойно, с перекошенным и совершенно побелевшим – это было видно даже под краской – лицом. Охотник шагнул в сторону, так, чтобы Казак оказался прямо между ним и усадьбой. Он опустил винтовку, направив дуло в землю.

Охотник увидел паука.

В то же самое мгновение открылась дверь дома, и из неё вышел Командир – небритый, невысокий, пухлый человечек, одетый в тёмный мундир с расстёгнутыми верхними пуговицами. Он курил сигарету и нёс в руке чемоданчик.

Двадцать шагов до вертолёта – и несколько шагов он уже сделал, оживлённо болтая с двумя охранниками. Казак перевёл взгляд на Охотника. Он знал, что организация, на которую они работают, не прощает неудач, а это их единственный шанс. Паучиха поползла дальше, и, опустив глаза, Казак увидел её голову: скопление маленьких блестящих глазок – целых полдюжины, – которые таращились на него. Нет в мире, пожалуй, ничего уродливее. Кожа чесалась. Половина лица, казалось, готова была спрыгнуть с головы и убежать. Но он понимал, что Охотник не может ничего поделать. Он должен стрелять прямо сейчас. Командиру оставалось всего десять шагов до вертолёта. Винт уже вращался. Казак хотел крикнуть ему: «Давай!» Звук выстрела напугает паучиху, и она укусит его. Но это не важно. Главное – успешно выполнить задание.

Охотнику понадобилось меньше двух секунд, чтобы принять решение. Он мог скинуть чёрную вдову дулом винтовки – и даже успеть до того, как она укусит Казака. Но к тому времени Командир уже сядет в вертолёт с бронированным стеклом. А ещё он мог застрелить Командира – но после этого нужно сразу бежать в джунгли. Времени помочь Казаку не будет, и здесь уже ничего не поделаешь.

Он принял решение, вскинул винтовку и выстрелил.

Раскалённая добела пуля пронеслась мимо Казака, оставив бороздку на его шее. Чёрную вдову мгновенно разнесло на кусочки. Пуля пересекла полянку, прошила сетчатый забор и – до сих пор неся на себе крохотные кусочки паучихи – ударила Командира в грудь. Командир уже собирался сесть в вертолёт, но остановился, словно чем-то удивлённый, поднёс руку к сердцу и рухнул. Охранники тут же начали озираться в поисках невидимого врага.

Но Охотник и Казак уже исчезли. Джунгли поглотили их за секунды, но лишь через час они остановились, чтобы перевести дыхание.

У Казака шла кровь. Шею пересекала прямая, словно проведённая по линейке красная полоска, и кровь пропитала его рубашку. Но чёрная вдова его не укусила. Он протянул руку, взял у Охотника бутылочку с водой и сделал глоток.

– Ты спас мне жизнь, – сказал он.

Охотник задумался:

– Спасти жизнь и отнять жизнь одной и той же пулей… неплохой результат.

Шрам останется у Казака на всю жизнь. Но на всю жизнь – это не всегда надолго. Жизнь профессионального убийцы часто коротка. Охотник погибнет первым, в другой стране, на другом задании. Однажды настанет и его очередь.