– О Чэд! Как ты меня напугал. А я-то подумала, что у тебя в самом деле появилась какая-то другая женщина. О Чэд!

Жена расплакалась. Я поднял ее на руки. Она всхлипывала на моем плече, уткнув в пиджак морщинистое лицо и теребя клешнеподобными пальцами мои волосы.

– О Чэд, дорогой, конечно, я прощаю тебя. Это я виновата перед тобой, что могла в таком подозревать тебя. Ты тоже должен простить меня.

Как видите, все было легко и просто.

ГЛАВА 13

Четырьмя днями позже, когда я сидел в своем кабинете, просматривая поступившую утреннюю газету перед тем, как отправиться в офис, Ева зашла ко мне с очередной пачкой писем.

Со строгим и неподвижным лицом она положила свежую корреспонденцию на стол передо мной и постучала по груде писем тонким пальцем, многозначительно посмотрев на меня. Затем вышла, тщательно прикрыв дверь.

Я разворошил стопку писем и рекламных проспектов и обнаружил маленький листок бумаги со следующим текстом:

«Она только что договорилась о встрече с миссис Хеннеси. Пятница, 28.21.30. Там выступит Стовински, скрипач».

Сердце у меня подпрыгнуло.

Миссис Хеннеси была ближайшей подругой Вестал, толстой вздорной женщиной, крикливой и хлопотливой, как курица. Несмотря на беспрерывную болтовню, ей ни разу не удалось выразить хоть одну дельную мысль. Даже Вестал частенько подшучивала над ней – за глаза, разумеется, – но все же поддерживала отношения, так как миссис Хеннеси была в курсе всех городских сплетен. А Вестал хотела знать все и о всех.

Всю последнюю неделю Вестал взахлеб говорила о Стовинском. Мне же он казался обыкновенным жуликом, украсившим себя артистической гривой волос. Но ему удалось покорить Литл-Иден серией концертов, и теперь скрипач совершал обход великосветских салонов. Миссис Хеннеси успела заарканить заезжую знаменитость еще до того, как Вестал наложила на него свою клешню.

Итак, срок был определен: через три дня.

На какой-то момент я почувствовал, как неприятный холодок пробежал по спине. Пока операция носила абстрактный характер, я спокойно и тщательно обдумывал все детали. Теперь, когда пришла пора воплощать все в жизнь, я впервые ощутил страх, так как понимал: одна малейшая ошибка – и со мной все будет кончено.

Я закурил сигарету и сжег записку Евы в пламени спички. Положив в карман нужные бумаги, я вышел из дома и спустился к ожидавшей меня машине.

Ева прошла мимо, направляясь к беседке.

– В четверг, в два часа, в пляжном домике, – едва слышно прошептал я.

Она коротко кивнула, давая понять, что поняла меня.

Трудностей было масса.

Ночных репетиций теперь не было: я спал в одной постели с Вестал. Я прикинул, что отшлифовать детали плана можно после обеда или же в выходной день Евы, четверг.

В офисе я набросал черновики нескольких деловых писем, а после этого записал их на магнитофон. Прослушивая каждое из них, я фиксировал время звучания. Ева должна была точно знать, когда я произнесу мои самые важные слова, предназначавшиеся Блэкстоуну.

Опасаясь, что в кабинет может неожиданно войти мисс Гудчайлд, я не прокручивал их обратно, но тем не менее был уверен, что справился с задачей.

Я сгорал от нетерпения. Хотя роковой срок против ожидания наступил слишком скоро, хотя впереди ждали многочисленные трудности, огромный риск, ничто уже не могло остановить меня. Я приступил к реализации плана, и ничто не заставило бы меня отказаться от него.

Вестал сообщила мне, что миссис Хеннеси пригласила ее в свой дом на встречу со Стовинским. Жена хотела, чтобы я поехал с ней, но я выразил сожаление, что как раз на пятницу в это время у меня назначено деловое свидание с Блэкстоуном. Предполагаю, что Вестал и не ждала, что я соглашусь на этот визит. Но так как я вселил в ее душу уверенность, что не собираюсь удрать из дома ради рандеву с какой-то бабой, то ничего не имела против того, чтобы я поработал.

В четверг я рано был уже в офисе и перед тем, как отправиться на ленч, позвонил Блэкстоуну.

– Как насчет того, Рей, чтобы ты посетил меня в Клифсайде завтра вечером? – начал я. – Поговорим о делах, кроме того, тебе будет интересно посмотреть, как я живу.

– Это было бы здорово.

– Пусть твой визит явится сюрпризом для Вестал, так что не приезжай слишком рано. Если она заподозрит, что я что-то готовлю, то будет ходить вокруг меня кругами, пока не вытянет весь секрет по частям. В общем, будь у меня дома ровно в девять тридцать.

– О'кей.

Я положил трубку и вызвал мисс Гудчайлд.

– Я не вернусь после ленча, – предупредил я. – Появилось желание сыграть пару партий в гольф.

Литл-Иден имел шесть полей для этого вида развлечения. Если Вестал позвонит и узнает, что я играю в гольф, то не пойдет же она проверять все шесть площадок. Поэтому после ленча я спокойно поехал на пляж.

Пляжный домик Вестал на побережье стоял особняком. В радиусе трех миль других строений не было. Теперь жена появлялась здесь очень редко, предпочитая плескаться в своем домашнем бассейне. Меня устраивало то, что укромных уголков, где можно было оставить машину, нашлось достаточно.

Я открыл хижину и распахнул окна.