Читаем Удар «Молнии» полностью

Саня примостился на бампере, медленно разулся — на бинтах расплылись огромные кровавые пятна.

— Да, войны без крови не бывает, — поморщился он. — Кстати, привет тебе от Сыча. По космической связи разговаривали… хорошо слыхать, будто за соседним кустом сидит… Глеб, попроси у этих вояк пару перевязочных пакетов. Пусть дадут в знак благодарности, что не изжарили.

Головеров принес пакеты, разорвал и принялся бинтовать ступни.

— Где же дедушка Мазай? — спросил между делом.

— Должно, сейчас едет в аэропорт. Будет встречать нас в Ростове. Пока мы туда пилим на машине, он прилетит.

— Не об этом я спросил…

— Вообще где? Да, наверное, там, где все пенсионеры, — предположил Саня. — На дачке, грядки копает или с удочкой сидит. Уж с месяц как на отдыхе.

— Новость…

— Если для тебя новость — для меня подавно. Впрочем, я же путешествовал все, и не видел, как вы тут воскресали из пепла и с того света. Думаю, в третий раз «Молнию» уже не зажечь. Никому!

— Значит, ее погасили? И мы опять безработные?

— На сей раз не гасили — передали в ведомство МВД. Мужики сразу же уволились. Все, кроме нас с тобой. Мы числимся пока…

— Да, — протянул Глеб, накручивая бинт. — Ты не знаешь, «позор» от слова «зорить» или «позреть»?

— Оставь это филологам, — отмахнулся Саня. — Позор — он и есть позор. Стыдобища, одним словом…

Солдатики выползли из-под машины, стояли рядом, смотрели и слушали. «Ковбой» все-таки выцепил из кучи трофейного оружия пистолет-пулемет и сейчас примерял к руке, выцеливая головки трав, колышащихся под ветром.

— А эту игрушку брось, — заметил Грязев. — И вообще, доставайте из рюкзаков свои стволы и — в кучу. В том числе, личное оружие.

— Как это — в кучу? Сдавать, что ли? — готовый к сопротивлению, спросил «ковбой».

— Да, брат, война кончилась, по домам едем.

— Мы же их сделали! Сделали! — «Ковбой» потряс оружием. — Без выстрела сделали!.. А теперь сдаваться? Капитулировать?

— Не драться же со своими, — заметил Головеров. — Угомонись…

— Это — свои?! Какие же свои, если чуть не ухлопали?! Если хуже душманов обложили!

— Мы разобрались, — уклонился Грязев. — Ошибка вышла. Они не хотели, так получилось.

Он подскочил к Сане, тяжело дыша в лицо, заговорил отрывисто:

— Хочешь, чтобы я поверил? Ошибка?.. Не надо лапшу на уши! Я не мальчик! Я два раза Гудермес брал! Ошибка! В гробу я видел! Предатели!

— Отставить разговоры! — вдруг прорычал мягкий и интеллигентный танцор. — Выполняй команду. Оружие — сдать! Поедешь к матери!

«Ковбой» шарахнул пистолет о землю, сделал несколько шагов в сторону и упал в траву. На сей раз лежал молча, не шевелясь, без всякой истерики. Загудевшие в фургоне голоса разом стихли…

— И ты выкладывай оружие, — успокоившись, проговорил Саня, толкая в бок Анатолия Ивановича. — Тоже поедешь к матери.

Снайпер вопросительно посмотрел на Головерова, дернул плечами.

— Ты же обещал, Глеб… В спецподразделение…

— Из моего рюкзака тоже достань и — в кучу.

— Ты же обещал…

— Обещал — сделаю! И найду, когда понадобится. Выполняй приказ!

Анатолий Иванович направился к «Москвичу», неторопясь открыл дверцу, подвинул ногой связанного и пришедшего в чувство водителя фургона и принялся выбрасывать рюкзаки на землю.

Головеров помог Грязеву втолкнуть забинтованную ногу в ботинок.

— С кем нас спутали?

— Ни с кем, — просто ответил Саня. — Получили приказ уничтожить группу чеченских террористов, перешедших ночью на территорию Краснодарского края.

— Так все-таки, с чеченцами?

— Нет, в приказе значилось, что все четверо — русские, могут выдавать себя за офицеров спецподразделения «Молния».

— Откуда у них такая информация? Слишком оперативно, — не поверил Глеб. — Ну, немного подшумели на границе… В остальном шли чисто. Что это за команда? — он показал головой на трассу.

— Команда — ерунда, сборная солянка. Спросил бы лучше, откуда приказ. А приказ — из нашей конторы, то бишь, из Москвы. Вот это оперативность!

— А они — не того? — Головеров снова кивнул на дорогу. — Не врут?

— Нет, не того… Почему и кинулись исполнять, более полусотни народу на ноги подняли. Трупы следовало доставить в Москву, как секретный груз.

— Уважают…

— Не то слово… Особенно зауважали, когда мы их группу захвата взяли в заложники. Только после этого пришло им в голову: чего это «чеченские террористы» не отстреливаются?

— Да, еще и пляшут под огнем! Умные, однако!.. Все равно не врублюсь, как вычислили. — Глеб закончил перевязку. — За нашим движением контроля не было, гарантия. Ни в Чечне, ни здесь.

Солдатики разоружались — выкладывали на траву оружие и боеприпасы, двигались нехотя и виновато. Головеров бросил в их сторону короткий взгляд, но Грязев заметил это, мотнул головой:

— Не они, исключено. Полагаю, спутник повесили, с системой слежения и идентификации объектов. Почему так оперативно Москва и сработала.

— Что сказать? Умеют и наши, когда захотят!

— Когда сильно захотят, — поправил Грязев. — И не наши…

— А чей конкретно был приказ? — вцепился Глеб.

— Вот это нам и предстоит выяснить. Полковник Сыч там уже ищет, но никаких концов. Так что работа у нас в Москве будет…

Саня отбил чечетку, посмотрел на ботинки.