Читаем Ученики Ворона полностью

Торг длился еще минут пять, и цена за нашу работу значительно возросла. Сказать по правде, это произошло без нашего участия, простолюдины, несомненно, знали толк в таких вопросах. Не скажу за Аманду и Анри, а меня бы и та цена, что назвал староста во второй раз, устроила, по моим меркам — это целая куча еды.

Хотя Жакоб и Ромул знают этим товарам истинную цену, в отличие от нас. Мне, выросшему на улице, до сих пор незамысловатая пища, которую мы едим в замке, пиршеством кажется, а мои благородные друзья вообще до последнего времени не знали, откуда что берется и как это выглядит в сыром виде, а потому им вообще невдомек, что сколько стоит.

— Ну, по рукам? — Староста снова обратился ко мне. — На том и порешим? Но полная оплата — только после того, как я увижу тело Клауса, причем окончательно мертвое.

— По рукам, — увидел я утвердительный кивок Жакоба и хлопнул ладонь Готтлиба.

Сразу после этого староста деловито вытолкал нас за ворота, от чистой души желая нам успеха в том, что мы задумали. И дверь засовом заложил.

На улице не было ни души, как и полчаса назад, когда мы вошли в деревню. Видно, здорово селяне были напуганы, сразу после того, как начинало смеркаться, по домам закрывались. Да и то — кому охота мертвяку в зубы попасть?

— И что будем делать? — подал голос Фюнц. — Работу мы получили, оплату нам пообещали, но с какой стороны к этому мертвяку подойти, я лично понятия не имею. И мне даже не стыдно в таком признаться. Я ни с ведьмами, ни с ожившими трупами дела никогда не имел.

— И я — тоже, — поддержал его Ромул. — Если только не считать дочку моего хозяина, у которого я в лавке работал, ну, еще до того, как к Ворону попал. Вот она была ведьма настоящая — что внешне, что по поведению своему. Только убивать я ее не пробовал.

— Никто из нас ни с чем таким раньше не сталкивался, — решил я пресечь пустую болтовню. — Но это дела не меняет. Харчи нам нужны? Нужны. Надо что-то думать. Давайте так — что нам известно точно?

— Время, — немедленно отозвалась Аманда, стоявшая за моим левым плечом.

— Сколько времени у нас осталось на раздумья — это раз, — согласился с ней я. — Клаус притаскивается в деревню после полуночи. Значит, искать невесть где его не надо будет — это два. Он по деревне шлындает, чего его искать?

— Осина, — пробасил Жакоб. — Я хоть и в городе жил, но точно знаю, что ведьмы осины боятся. И искать ее тоже не надо — она прямо за деревней растет, я там осинник приметил.

— При чем здесь ведьма, что вы к ней привязались? — поморщилась Аманда. — Ребята, отделяйте одно от другого. В Клаусе живет ведьмина сила, но и только. Сила сама по себе, без проводника — почти ничто. Она дает мертвяку подобие жизни, поддерживает его, взамен требуя от него подпитки, почему этот Клаус и хочет кровушки напиться. Но сам он — не ведьма и тем более не ведьмак, а просто оживший мертвец, не способный использовать полученный дар. Но — очень сильный мертвец. То, что в нем сейчас живет, будет его беречь.

— Стоп, — остановил ее я. — Ты сказала верно. Чтобы истребить Клауса, надо как-то изъять из него то, что ему передала ведьма. Вопрос — как?

— Самый простой путь — заклинание изгнания, — пожал плечами Анри, и остальные согласно кивнули. — Ворон когда о ведьмах рассказывал, его упоминал. И про осину тоже говорил. Распинаешь ведьму на земле, вбиваешь два осиновых кола в ладони, два — в ступни, один — в живот, затем читаешь заклинание. Земля заберет ее силу, ты — жизнь, а осина — посмертие.

— Одно плохо — мы составляющие заклинания этого не знаем, — всплеснул руками я. — А даже если бы и знали, все равно не смогли бы его сложить.

— Почему не смогли? — удивилась Аманда. — Вместе, может, и смогли бы. А вот использовать — вряд ли. Это мощное заклинание, завязанное на стыках стихий, из нас никто бы его не потянул полностью исполнить, силенок не хватило бы. Пока никто. Вот после инициации…

Это да, тут она права. Про такие тонкости мастер Гай мне тогда не сказал, видимо, просто не придал этому значения.

То, что Ворон называл «искрой магического дара», дремало в очень многих, но немногие могли это в себе пробудить, еще меньшее количество народа было способно развить искру до какого-то предела (подозреваю, что именно они и были среди тех, кто прибыл в замок нашего наставника, да и то не все). Да и потом дар даром, а вот силы для его использования надо ведь откуда-то брать. Много ли зачерпнешь из земли, воды и деревьев? Кто-то скажет — много, он будет прав и не прав одновременно. Эта энергия не предназначена для заклинаний, у нее другая суть и другие цели. И только тогда, когда она смешивается с силой души и тела чародея, она превращается в то, что называется магией. Но запасы этой энергии у обычного человека очень невелики, в отличие от расплаты за подобный шаг, которая безмерна. И далеко не всякий согласится выжигать свою душу.