Читаем Ученик Дракона полностью

«Славные ребята, – подумал Вандер. – Ничего не скажешь». Противники лежали и стонали. Должно быть, они делали это из чувства своей вины, а может быть, еще по какой причине, например, от боли. Вандер вздохнул, помог Гари сесть.

– Живой? – спросил он. – Могло быть и хуже.

Гари только вздохнул и посмотрел по-собачьи в глаза Вандера. Тот усмехнулся.

– Ладно, ладно. Забудем. А вот с твоим приятелем придется повозиться, – произнес Вандер и пошел к распластавшемуся на тропинке рудокопу.

Осторожно уложил того на спину, подозвал жестом Гари и приказал ему удерживать подельника действующей рукой за здоровое плечо. Сам же легко, как будто занимался этим всю жизнь, одним движением вставил вывихнутый сустав на место. Затем сходил к реке, сорвал лист лопуха, намочил его и приложил к распухшему плечу рудокопа.

– Поносишь так три дня, пока опухоль не спадет. Только не забывай регулярно смачивать лист, – сказал Вандер рудокопу и не торопясь, с чувством исполненного долга направился обратно в лагерь.

Когда проходил мимо стражника, немого свидетеля происшедшего, тот вполголоса произнес:

– Здорово ты, однако, отделал их. Уважаю.

Начавшееся столь бурно утро предвещало не менее деятельный день. Подходя к своей хижине, Вандер услышал раскатистый голос Хвата:

– Я тебя о чем просил! – громыхал Хват – Разболтавшиеся рукояти укрепить!

Ему отвечал не менее сильный, но немного басистый, с хрипотцой голос кузнеца:

– Я укрепил!

– Ты-то укрепил, а этот твой… – далее следовала трудно переводимая на человеческий язык тирада, – подручный! Не успел отойти, глядь – а он уже точит!

– Ну, только один.

– Что один! Нужно было все сразу заточить?! Это ведь турнирные мечи! Они не точатся – заруби это на своей дурной башке, Звяга! Испортили клинок, ну испортили… Это ты, Вандер! – заметил подошедшего Хват, снижая тональность. – Ты только посмотри! Посмотри, что они наделали! Клинок заточили.

Вандер взял турнирный клинок, провел пальцем по острию:

– Добротно заточили. Отдай его мне… за десять кусков. А?

– Бери! А ты, – Хват повернулся снова к кузнецу, – сделаешь новый! Бесплатно.

Звяга покорно кивнул и подмигнул Вандеру. Хват, сгреб, словно поленья, обеими руками турнирные мечи, прижал их левой рукой к боку и, поддерживая сверху правой, пошел вместе с Вандером к арене. Он не умел долго сердиться и был благодарен Вандеру за своевременное появление. Если бы не он, пришлось бы поколотить этого разбойника. Потом заплатить за изготовление нового меча. А так все обошлось как нельзя кстати. И когда Вандер протянул ему пластину, Хват великодушно отказался.

– Да какой же это меч! Одно название, что меч: после пары боев весь в зазубринах будет.

– Так-то оно так, – ответил Вандер, рассматривая лезвие клинка. – Сталь, смотрю, хорошая. Если ее слегка уплотнить и закалить – добрый меч будет.

– Ты что, и в кузнечном деле разбираешься?

– Немного. Приходилось подручным подрабатывать.

– Вот как? – машинально проговорил Хват, думая о чем-то своем.

Они шли некоторое время молча. Хват перекинул охапку мечей на другую руку.

– Сегодня драться будешь? – спросил он.

Вандер кивнул.

– Думаю, с Хасаном.

– С Хасаном?

– Да, с Хасаном. Проведу тренировку перед боем с Домашом. Так что не забудь поставить его на вечер. В оставшееся время хочу заняться мечом. А то как-то не с руки по долине без оружия бродить. Волки какие-то ненормальные здесь, сами на людей бросаются. Едва ноги унес.

– Волки это что… Поговаривают, что мракорисы днем по Хмурому лесу шастают. Сам не встречал, но охотники говорят, что встречали, и не раз.

– Не к добру все это.

– Это ты верно подметил. Добра в этом мало.

Проводив Хвата до хижины, Вандер распрощался и пошел в кузню. Звяга был там. Работы у него сегодня было мало, да и та могла подождать до следующего утра, поэтому он легко уступил место. К тому же брало любопытство, как будет управляться со всем этим хозяйством Вандер. На арене он мастер, слов нет, а как насчет кузнечного дела?

Вандер раскалил лезвие меча в горне докрасна и остудил его на воздухе. Затем снова нагрел меч, но уже до более высокой температуры и обстучал маленьким молоточком. Когда сталь поостыла немного – взял молоток побольше и обстучал им. Так проделал несколько раз. И напоследок, накалив лезвие добела, обтер его торцами сложенных вместе пластинок люцидиевой руды.

– Зачем это ты делаешь? – поинтересовался Звяга.

– Клинок так крепче будет, – ответил Вандер, раздувая горн и помещая в него меч. – Частички люцидия сцементируют поверхность и повысят прочность.

– И где ты всему этому научился?

– Учителя хорошие были, – неопределенно ответил Вандер и быстро сунул раскаленный клинок в бочку с водой.

Вода вспенилась и забурлила. Убедившись, что лезвие меча достаточно остыло, Вандер не торопясь обработал его на точильном круге.

– У тебя есть, во что завернуть меч? – Обратился он к Звяге. Тот порылся в сундуке и подал чистую тряпицу.

Вандер завернул меч, поблагодарил кузнеца и отправился на рыночную площадь.

– Послушай, дружище, – обратился он к Жуку, – не найдется у тебя, случаем, мягкого точильного камня?