Читаем Убойный калибр полностью

Сержант-инструктор Джон Джонс обучал снайперов не только стрелять и ползать, оставаясь невидимым, делать норы и долговременные окопы, но и шить для себя халаты и костюмы. Вернее, не шить с нуля, а делать из обыкновенных камуфлированных костюмов – маскировочные. Особенно Джонсу нравились костюмы с многочисленными головками болотного камыша, сохраняющего длительное время стойкость даже после того, как его срежут. И каждый из курсантов смастерил таких костюмов несколько. Только не всем это могло пригодиться. Например, в местах, где обитал и воевал джамаат Снайпера, вообще не было болот, и Снайпер впервые увидел их только в Пакистане, хотя, конечно, знал, что это такое.

Снайпер полз, не торопясь, и эта неторопливость позволяла кому-то пожить дольше. Пусть на несколько минут, но дольше. А каждый человек, даже приговоренный к смерти, отлично умеет ценить минуты своей жизни. Каждый человек перед смертью обязательно думает о том, что он не успел завершить. Снайпер чувствовал свою силу и власть из-за возможности распоряжаться чужой жизнью. Это не каждому дается. Не каждому, то есть дается постоянно или хотя бы надолго. Наверное, Снайпера понимал только один эмир, Абдулмалик Бахтияров. Впрочем, с эмиром снайпер разговаривал на эту тему. С другими он, человек малоразговорчивый и даже угрюмый по своей природе, и разговора о своих чувствах не заводил. Эмир же его понял, потому что сам, наверное, любил распоряжаться чужими жизнями. Более того, именно он решал, чьими жизнями стоит распоряжаться в очередной раз…

Эмиру Абдулмалику было не все равно, кого убивать. Он сам многократно говорил это своим бойцам, в том числе и Снайперу. Главной целью своей деятельности эмир выбирал ненавистных ему ментов, конфликт с которыми и толкнул когда-то бывшего преподавателя в музыкальном колледже на резкую перемену жизни, увел его в горы и леса и заставил взять в руки оружие. И никогда Абдулмалик не поднимал руку на мирных жителей, не устраивал террористических актов, в которых могли пострадать ни в чем не повинные люди. Да, он ставил взрывные устройства на дорогах, когда по ним проезжали или полицейские машины, или армейские. Армейские – потому что армия поддерживала полицию во всех действиях против тех, кто полиции противостоял. Но однажды, Снайпер сам был свидетелем этого случая, эмир запретил взрывать мощный фугас, потому что вплотную к военному грузовику двигалась местная легковая машина. Она и сидящие в ней люди могли пострадать при взрыве. Этим эмир Абдулмалик отличался от большинства полевых командиров, хотя они тоже предпочитали уничтожать ментов, но при этом, как правило, не считались со случайными жертвами. Еще, конечно, Абдулмалик предпринимал действия против чиновников властей разного уровня. Они всегда были заодно с полицией, она прикрывала их, они – ее. И часто даже были сами связаны с отдельными эмирами. Так, после уничтожения главы одного из районов на эмира Абдулмалика свалилась беда. Один из эмиров повел свой подготовленный отряд против него, чтобы отомстить за родственника, который прикрывал его с помощью своей власти. А Абдулмалик в тот момент отпустил по домам значительную часть своих людей. Просто предоставил им отдых на неделю. Это была его обычная практика, о которой кое-кто знал. Знал и эмир, который пожелал напасть на него.

Момент был трудным. Троим бойцам, включая самого эмира Абдулмалика Бахтиярова, пришлось выдержать нападение девятерых противников. Выручил тогда Снайпер. Он уничтожил пятерых до того, как они смогли подойти достаточно близко, чтобы атаковать. Хорошо, что местность была безлесная. Противники рассчитывали подойти в темноте, но эмир Абдулмалик, получив сообщение от своих людей, выдвинулся вперед, чтобы Снайпер имел возможность отработать по полной программе. Он и отработал. Абдулмалик был благодарен ему за такое качество стрельбы. Оставшихся четверых они преследовали и накрыли среди скал сверху всего двумя одновременными выстрелами из гранатометов «РПГ-7»…