Проверка? — спрашивал себя Дмитрий Николаевич. Может, его проверяют таким образом? Нет, это больше походило на подготовку к шантажу. А тот мог напрямую вылиться в натуральную вербовку. Поскольку негласное правило распространяется на обе стороны.

На кого работает Цыганок и Мария, узнать бы это. Кто подтолкнул их к полковнику из спецслужбы и с какой Целью? Стандарт: «Мне надо подумать». — «Не стоит этого делать. Давайте решим сейчас». — «Тогда я не принимаю ваше предложение». — «Ну что же, забудем?» — «Забудем».

Но никто ничего не забывает. Это прописная истина.

У Корсакова была только эта версия, других в его понимании просто не существовало. В таких случаях существовало лишь одно продолжение: дождаться контакта. Ему вручат распечатанный секретный документ и зададут несколько стандартных вопросов.

Полковник вынул из ящика стола чистый лист бумаги, отметил время и написал:

Начальнику Службы безопасности

президента РФ

генерал-майору СВЕРДЛИНУ А.С.

от полковника СБП Корсакова Д.Н.

В 17.30 20 июля 2004 года я обнаружил признаки доступа в свой личный компьютер — № 2380ПЛ-3. Цифровые следы указывают на конкретный документ, озаглавленный как «Протокол аналитической группы о визите президента в г. Самару». В связи с тем, что визит президента запланирован на 7 августа с.г., я взял на себя ответственность отсрочить подачу данного рапорта до того момента, когда — возможно — на связь со мной выйдут люди, проникшие в базу данных моего компьютера. Я оставляю рапорт в ячейке сейфа коменданта Кремля за печатью и подписью коменданта до 19.00 21 июля 2004 года.

Полковник СБП Корсаков.

Пожалуй, это был единственный вариант, он позволял Корсакову выдержать удар. Он отнесет запечатанный конверт коменданту, распишется в журнале, когда именно он положил рапорт на хранение. Главное — есть время подумать. Ровно двадцать четыре часа. Может, к тому времени наклюнутся другие варианты, и полковник опередит коменданта и заберет конверт.

Теперь нужно набраться терпения и ждать. И никаких личных инициатив.

Глава 19

Информационное сокрытие

20-21 июля

Виктор Крапивин смотрел на свою фотографию в загранпаспорте и не узнавал себя. Длинные волосы, зачесанные назад, но все же чуть прикрывающие уши; усики и модная двухнедельная бородка а-ля Джонни Депп, очки в тонкой золотистой оправе. Покажи эту фотографию матери, и она не узнает родного сына.

Виктор старался не думать о родителях, пытался успокоить себя тем, что не в силах помочь им, дать знать о себе, объяснить хоть что-то...

Завтра... Он часто обращался к этому слову, имеющему свойства долговременной анестезии. Завтра что-то изменится, а сегодня не может измениться ничего, потому что это — настоящее.

Он от корки до корки прочел книжку Йегуды Берга, которую ему посоветовала Маша. Книга называлась «Сила Каббалы». Он прочел, что время едино. Что прошлое, настоящее и будущее существуют одновременно.

"Представьте себе тридцатиэтажное здание. Мы стоим на пятнадцатом этаже, который аналогичен настоящему времени. Этажи с первого по четырнадцатый представляют собой отрезки времени, которые привели нас в настоящее. Этажи с шестнадцатого по тридцатый являются нашим будущим. Так что же мы воспринимаем посредством своих пяти чувств? Только пятнадцатый этаж. Мы не видим ни этажей ниже, ни этажей выше. При этом все этажи — то есть и наше прошлое, и наше настоящее, и наше будущее — существуют как единое целое, наше тридцатиэтажное здание. И если мы выйдем из здания и взглянем на него со стороны, нам откроются все тридцать этажей!"