Читаем Убийца полностью

«Лос-Анджелес таймс» посвятила два абзаца «тому, что источник в ПУЛА описывает как эмоциональный послед яростной судебной баталии за право опекунства». Речь в заметке шла преимущественно о сестрах Сайкс, о Чемберлене и Меландрано ни слова. По ТВ показали аналогичный сюжет – несколько секунд текста в сопровождении фоторобота Ри Сайкс.

Автором газетной статьи оказалась Келли ЛеМастерс, в прошлом репортер «Таймс», нынче она промышляла фрилансом и писала книгу. Ее сюжет основывался на убийствах, совершенных кинозвездой, которые мы с Майло расследовали год назад. Тогда отношения между Майло и ЛеМастерс не складывались никак, но, как оказалось, лиха беда начало – позже эти двое научились извлекать из вынужденного сотрудничества обоюдную пользу, так что никаких сомнений касательно личности «источника в ПУЛА» у меня не было.

Мотивация Майло была логична и ясна, как день: женщина, которую он считает опасной преступницей, ударилась в бега, и не хватало еще, чтобы она взялась стрелять направо и налево. И нечего ее жалеть. Но все же…

Мне было крайне трудно увидеть в ней убийцу нескольких человек, но, возможно, моя главная проблема была в том, что я никак не мог смириться с тем, как она меня сделала. Хотя кому, как не мне, было знать, что анализ психического здоровья человека – штука такая же ненадежная, как предсказание роста уровня преступности, и кто, как не я, сам неустанно твердил об этом студентам психфака на занятиях по судебной психиатрии.

Однако в случае Сайкс против Сайкс я умудрился убедить себя в том, что дело обстоит иначе.

Да, обман и самообман – две вещи, одинаково распространенные.

* * *

В наказание за неоправданную доверчивость я отправил себя на пробежку вверх по Малхолланд-драйв и еще на две мили дальше, так что, вернувшись домой, обливался потом и пыхтел, словно заядлый курильщик, к тому же у меня ломило каждую косточку.

Приняв душ и переодевшись, я сел послушать телефонные сообщения. Казалось бы, откуда им взяться рано утром?

Ан нет, три за девяносто минут – вот они, радости успеха.

Судья, которого я ценил далеко не так высоко, как Марва Эпплбаума, выражал желание обсудить – вот так сюрприз – «неприятный» случай о попечительстве. «Профессиональный карьерный консультант» предлагал «вывести вашу практику за пределы ваших самых смелых мечтаний, доктор!». И некая Клара Фаллоуз оставила обратный номер.

Ошибка оператора не сбила меня с толку: Клара была, конечно же, Киарой. Той самой, что уволилась из приемной Марва. Мне стало интересно, зачем она звонила, и я набрал ее номер первым.

Мне ответил тихий, почти шепчущий голос:

– Говорит Киара.

– Это доктор Делавэр. Вы мне звонили.

– Кто? – переспросила она. – А-а… Да. Помощник судьи Уоттлсбург сказал, что вы хотели со мной поговорить?

Я же сказал Лайонелу не беспокоиться. Выходит, судейский ветеран не послушал?

– Ничего срочного, – ответил я. – Просто мне стало интересно, как вы узнали о деле Сайксов.

– О чем?

– Помощник Уоттлсбург говорил, что вы упоминали дело об опекунстве, которое слушалось в суде по утверждению завещаний…

– А, – ответила Киара. – Дело двух сестер… Да, наверное, я слишком много об этом говорила – он на меня сердит. Лайонел. За то, что я ушла. Когда он сказал мне, что вы звонили, то дал понять, что я профукала возможность, которая бывает лишь раз в жизни – работа на пользу обществу, льготы, пенсия…

– Случай Сайксов как-то повлиял на ваш уход?

– В некотором смысле, – сказала она. – Чтобы кого-то убили из-за ребенка? Хотя главная причина все же в другом: просто мне слишком далеко ездить туда на работу. Бензин дорог, хотелось найти что-то поближе к дому.

– А кто рассказал вам об убийстве?

– Да не помню уже, о нем многие говорили.

– В здании суда?

– Там всегда обсуждают разные события.

– Понятно, спасибо, что объяснили.

– Это все? – спросила она. – Вы просто так, из любопытства звонили?

– Я сам выступал приглашенным экспертом по этому делу и до сих пор пытаюсь понять, что же там случилось.

– Это страшно, – сказала Фаллоуз. – В смысле, оказаться замешанным в такое дело. Бывает, что люди сходят с ума, а по ним и не скажешь, что они опасны. Как в случаях стрельбы на рабочем месте: столько народу в одном офисе, и никогда не знаешь, спятит кто-нибудь из них в ближайшее время или нет. А кстати, можно я попрошу вас об одном одолжении? Вы же доктор, может, вы знаете кого-нибудь, кому нужен офис-менеджер или кто-то в этом роде? Организация и планирование – мой конек.

– Пока не знаю, но я подумаю.

– Спасибо. И удачи вам. В вычислении сумасшедших, я хотела сказать.

* * *

Я как раз разбирал гитарные соло Джо Пасса, а именно уродовал «Атласную куклу», когда вдруг позвонил Майло.

– Похоже, мы нашли ее, Алекс. Скид-роу, в двух шагах от здания суда, прах его возьми. Я был прав – она и не думала покидать город. Бросила машину у вокзала, кто-то подогнал ей другие «колеса», на них она подкараулила Чемберлена, а потом, скорее всего, тоже бросила.

– Прямо гений преступного мира какой-то, – сказал я.

– Ты не хуже меня знаешь, амиго: дурное дело – не хитрое.

– Как вы ее вычислили?