Читаем Убийственные именины полностью

— Там была бумажка, а в ней насчет приема по три таблетки в день, кажется. Только я и не принимала их ни разу, сунула в тумбочку, они и потерялись. А вчера вечером я расхлюпалась, как идиотка последняя, пришли Зина и Зойка, стали меня успокаивать. Зоя принесла воды из кухни, Зина стала искать эти таблетки в тумбочке, не нашла и дала мне свое лекарство, две штучки, я их выпила и хотела заснуть.

— Постой… Ты захотела спать?

— Да нет, — досадливо отмахнулась Лариса, — Я больше хотела, чтобы Зина с Зойкой ушли. А они все сидели, бубнили что-то… Потом, наконец, они ушли, и все, — Лариса принялась разглядывать свои ногти, как делают многие женщины в неловких ситуациях, всем своим видом показывая, что больше рассказать нечего.

Даня взял кузину за подбородок и повернул ее лицом к себе:

— Кто еще приходил? Кто был у тебя вечером?

Лариса надулась, как мышь на Адельку, скрестила руки на груди, и демонстративно молчала. Данила подождал немного, глядя на Фрекен Бок с осуждением, потом мягко стал уговаривать упрямицу:

— Пойми, это важно. Если ты приняла всего только две таблетки, то кто-то тебя отравил. Мне надо знать, что ты вообще принимала, ела или пила вчера после ссоры с Русланом. Тогда, может, я все тихо выясню, и никаких скандалов с привлечением милиции, ФСБ, Интерпола и Скалли с Малдером. Ну, прекрати в молчанку играть.

— Ты бы еще сказал "в несознанку", — хихикнула Лариска, — Ну хорошо, гражданин начальник. Заходил после девочек Алеша, он уезжать собирался, пришел попрощаться. Мы поцапались, наговорили друг другу гадостей, он и уехал, даже утра не дождался.

— Он тебе давал таблетки или ампулы? — Даню просто трясло.

"Опять этот дровосек чертов! Он ее довел до ручки, Фрекен Бок и наглоталась всякой дряни, а теперь ей стыдно признаться, как дело было…"

— Да нет, нет… Как ты не понимаешь, мы ссорились, отношения выясняли, кричали даже. Ну, не кричали, пожалуй, шипели, как коты, чтоб весь дом на крик не сбежался. После этого я Алексея прогнала, сказала, что не хочу его больше видеть.

— А потом? Что было потом?

— Опять ты про еду, питье, внутривенные уколы? Нет, аппетита у меня в тот вечер не было, колес я не глотала, растворителей не пила, и пестицидами не занюхивала. Дошло до тебя, наконец?! — Лариса явно рассердилась.

Даня поднял руки, беспомощно пожал плечами и побрел к выходу. На пороге он остановился и обвел комнату взглядом. Похоже, что взрывных устройств сюда подложить не успели, так что пока Ларка в безопасности. Данила вздохнул и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

В отличие от своего приятеля Иосиф с утра сибаритствовал, беззаботно волочился за Зинаидой, сидел с нею в самых уединенных и романтических закоулках, ходил гулять, беспрестанно что-то нашептывал ей на ушко, и прекратил это приятное занятие только вечером. Перед ужином, насвистывая "Тореадор, смелее в бой", он явился в комнату, намереваясь переодеться во что-нибудь поприличнее, а то шорты и футболка уже не казались мачихинскому Казанове достойным туалетом. Данила перехватил вертопраха на выходе и, зажав между стеной и дверным косяком, изложил ему все, что удалось узнать из разговора с Лариской. В ходе пересказа намного отчетливей проявлялись детали, не замеченные Данилой во время диалога с Лариской. Даня так часто останавливался на середине фразы и замирал, глядя перед собой не слишком осмысленным взором, что Ося начал нервничать:

— Ну что ты стоишь, точно всесовершенный Будда — бездна познаний и полное отсутствие подходящего собеседника? Говорить будешь?

— Послушай, таблетки Зинаида поровну распределила между сестрами еще в день теткиной смерти, а этой ночью фактически спасла Лариску, действуя не хуже, чем служба девять-один-один. Скорее всего, она не может быть убийцей. Зоя принесла сестре воды, но это не доказывает, что в воде было что-то — те же Зинины таблетки — на вкус бы чувствовалось. Алексис заходил, наговорил пакостей и сбежал, то есть действовал по привычной схеме. Никак не пойму, кто мог Лариску отравить…

— Значит, все-таки самоубийство? — Иосиф не знал, что и думать.

— Давай зайдем в ее комнату и посмотрим, нет ли там чего-нибудь любопытного, — предложил Даня, — Там ведь еще не убирались?

— Вроде нет. Руслан дежурил у ложа супруги, Зоя стряпала на всех, ей не до уборки было, Зина порывалась перенести свои вещи к Фрекен Бок, но я мешал всеми силами. Пока комнату не трогали, — Ося решительно двинул к выходу.

— Молодец, не зря я тебя вчера на этот флирт вдохновил! Пошли!

Оказавшись в спальне Лариски, они произвели аккуратный досмотр, не санкционированный никаким учреждением — вот преимущество родственных связей следователя и с обвиняемым, и с жертвой! На тумбочке возле кровати, которую Лариса чудом не свалила, когда ползла к двери, стояли… два стакана. Один был чист и прозрачен, а во втором просматривался слой беловатого налета на дне и едва заметные разводы на стенках. Этот сосуд Ося прихватил с собой, когда они оба, озадаченные, уходили из спальни.