Читаем Убежище полностью

— Ты знаешь, что находится за дверью? — спросил ветеран-сержант Олаф, в голосе чувствовалось недоверие к чудаковатому старику.

— Да, мой дорогой сержант, — почти снисходительно ответил инквизитор, — ответ на вопрос, что случилось с колонистами.

Внезапно раздался тревожный сигнал ауспика Ривалина — все как один повернулись к рыцарю, брат-посвящённый Мелегант достал цепной меч и приготовился нажать руну активации.

— Инквизитор, братья, — произнёс Ривалин, — я получаю множество сигналов, они быстро приближаются.

— Откуда, брат Храмовник? Откуда? — потребовал Арумов.

Как только он задал вопрос, Ансгар и остальные рыцари направили фонари доспехов в тёмные углы пещеры и на сталактит на куполе. Там что-то двигалось — карабкалось среди зазубренных камней и выползало из расселин в стенах, удерживаясь при помощи необычных конечностей.

Грохот болтерного огня, праведные крики Храмовников и рёв капеллана, вдохновляющего рыцарей боевой молитвой, оглушительным эхом отражались от стен туннеля. Вопли атакующих сделали какофонию ещё сильнее. Зажатый между облачёнными в чёрную броню гигантами истерично кричал приданный отряду Вольфрама эксплоратор, до которого никому не было дела.

Неизбежная схватка вспыхнула в замкнутом, наполовину обвалившемся туннеле — жестокая и яростная. Натиск врагов не ослабевал.

Шахта кишела ксеносами. Десятки существ приближались к Храмовникам — бронированные шкуры покрывали розовые, пурпурные и синие пятна. Блестящие от пота твари прыгали вперёд на мускулистых ногах, наносили удары когтями на руках, а третьи пары конечностей рубили священных воинов огромными клешнями. Когда ужасающие когти попадали по покрытой священными письменами броне на доспехах оставались вмятины, а иногда керамит прорубали настолько глубоко, что ранили рыцарей.

Хищная тварь кинулась на Вольфрама, чёрные глаза-бусинки вверху похожей на луковицу головы уставились вглубь рубиновых линз шлема-черепа. Существо открыло усеянные клыками челюсти и испустило визжащий вопль на ветерана-капеллана.

С порождённым праведной яростью рёвом Вольфрам обрушил сверкающее навершие крозиуса на то, что у чудовища было на месте диафрагмы. Месиво пурпурного ихора и кишки вывалились из тела твари, часть намоталась на рукоять силовой секиры, в то время как вспыхивающее энергией острое лезвие креста Храмовников вырвалось из спины ксеноса во вспышке синих искр. Генокрад, понял капеллан. Мерзость в глазах всех, кто почитал Императора, само их существование нечестивое пятно на лике охватывающего галактику царства Его Императорского Величества. Как же он ненавидел эти мерзкие порождения ксеносов.

Стреляя короткими очередями по толпе наступавших инопланетных тварей, Брант и Храмовники удерживали позиции у входа в галерею. Гротескные генокрады волна за волной бросались на вступивших в бой Адептус Астартес — пламенные рыцари выкашивали ксеносов непрерывным болтерным, плазменным и мелта огнём.

Одному или двум быстродвижущимся чужакам удалось уклониться от заградительной стрельбы и с феноменальной скоростью накинуться на космических десантников. Атакующих срубили цепным мечом и боевым ножом, добавив удары облачённых в броню кулаков — их физической мощи было достаточно, чтобы приподнять одну из сторон грузовика.

Брант услышал за спиной сдержанный крик. Бросив взгляд в ту сторону, он увидел брата Тарана — рыцарь уронил мелту и пытался остановить фонтан крови из шеи, куда ударила когтем одна из инопланетных мерзостей, пронзив и силовую броню, и плоть под ней. Даже у генетически усовершенствованного тела Тарана не было шансов побороть столь страшную рану, он упал на колени, а затем рухнул лицом вниз — кровь выплёскивалась из умирающего Храмовника.

Убийца астартес припал к земле за своей жертвой подобно пауку перед прыжком.

Маршал прыгнул на генокрада, обстреливая тварь из болт-пистолета, и обрушил потрескивающий силовой кулак вниз. Из мест попаданий разлетались во все стороны осколки хитиновой брони, а вытянутый череп ксеноса взорвался словно перезрелый фрукт от соприкосновения с подобным палице кулаком.

По замыслу Бранта Солемнский крестовый поход прибыл на эту забытую Императором планету, выслеживая орков, но нашёл ещё более чуждых ксеносов — тиранидов, и смерть.

— Лорд-маршал! — крикнул брат Хейл, голос Храмовника почти заглушал грохот штурмового болтера брата-терминатора Надда. — Инквизитор Арумов сообщает, что его группа столкнулась с сильным сопротивлением в месте, которое он считает оплотом врага.

Генокрады восстали, подумал Брант. Всё стало очевидным.

— Брат Хейл, будь столь любезен и скажи инквизитору, что мы тоже вовлечены в бой с одной из частей культа ксеносов, — мрачно ответил рыцарь.

Ещё одна шипящая тварь прыгнула на него широко раскрыв пасть. Маршал всадил генокраду снаряд между челюстей вышибив затылок в мешанине инопланетной крови и мозгов. Существо рухнуло на середине полёта, извиваясь в агонии у ног Храмовника — из проломленного черепа била струя ихора, забрызгивая подол одеяния командующего.