Читаем Убаюкать нож полностью

Орузоси ушел в угол у дверей, где находилось его спальное место. Оттуда он мог без помех наблюдать за нашим ящером, которого он называл «сломанным радио». Я тоже прилег было, завернулся в плащ. Но мне не спалось. Возможно, потому, что было еще светло, но скорее всего причиной моего возбуждения было то, что мои друзья наконец открыли мне. Я осторожно поднялся, чтобы не разбудить спящих товарищей, и выбрался наружу. Мне надо было отлить. Я дошел до ближайшей трубки оросительной системы, гордо торчавшей над картофельной ботвой, и остановился там. Сумерки в кратере Небесного Огня были самым волшебным и зловещим временем. Небо было насыщенного зеленого света. Солнце висело над самой седловиной хребта на западе. Ану и Баазе уже взошли. На небе поблескивали их желтые, как монетки, сияющие кружки. Ану сегодня был полным. А от Баазе оставалась ровная половинка круга – она казалась прищуренным глазом. Скоро должно было совсем стемнеть. Металл трубки медленно менял свой цвет с неоново-желтого на черный. Я сделал все, что хотел, любуясь окружающим пейзажем. В моей голове крутились нрунитане, космические корабли, Подземные Приюты, медиумы нрунитан и тот торговец, что врезался в нашу противометеоритную сеть. Я не мог не задуматься, а кто такой Фолрэш и откуда он все это знает. Фамилия его была Дезайе. Почти все вельче были в той или иной мере родственниками друг другу, но такую фамилию я слышал впервые. Это значило только одно – его семья была из «чистого» рода.

Когда выжившие вариввики наткнулись на вельче, мои предки с вполне теперь узнаваемым хладнокровием разделились на две части. В одной из них дети вступали в брак с кем хотели, в том числе и с чужаками, и это даже приветствовалось. В основном, конечно, это были правящие семьи, которым надо было породниться с людьми Пэллан. Ничто так не укрепляет дружеские отношения, как общая кровь, текущая по жилам. Другая половина систематически уклонялась от браков как с чужаками, так и с полукровками. Моя бабушка – ее звали Дарайна – была как раз из такой семьи, но нарушила этот обычай ради моего деда.

Дед мой, Стивен Марримит, был весьма примечательной личностью. Он вывалился из пустоты на палубу рыболовецкого судна, когда рыбаки уже возвращались с уловом на берег. Вельче весьма любознательны и ругающегося на непонятном языке чужака приняли весьма радушно. Когда Стивен выучил вельчеди настолько, что смог объясниться, он рассказал о своем появлении так. Он ехал из Бангора в Касл-Рок, и его автомобиль сломался. Стивен бросил машину и решил добраться домой пешком, по короткой дороге. Он хорошо знал места, поскольку часто охотился здесь. Однако тропинка завела его в какие-то совершенно незнакомые дебри. Затем мимо него на жуткой скорости промчался спортивный «Мерседес». Стив отпрыгнул в сторону сквозь кусты. Кусты закончились быстро, а вот падение все не кончалось и не кончалось. И когда он уже решил, что все-таки не успел отпрыгнуть, оказался в груде скользкой рыбы.