Читаем У Вечного огня полностью

 — Понятно! Я тебе не позволю! — раскинул руки Мишка, загораживая Сергею дорогу. — Так у тебя с нею было или нет! — крикнул,  брызгая слюной.

 —  Иди, проспись! — Сергей отстранил Мишку, пошел к столу.

 — Разговаривать не хочешь! Не подходим мы тебе! Умным стал! — крикнул вслед Михаил.

 — Он тебя обидел?  — подошел  Володька. —  Пойдем,  разберемся!

 Сережа подошел к столу, сел, налил в стакан минералки, жадно выпил. Оглядел стол с остатками еды. Наташка вернется, и уйдем. Банкет закончился!

 Плечо больно сжали холодные пальцы. Он обернулся и увидел перекошенное злобой Володькино лицо.

 — Ребята, вы что? Где набрались?

 — Ты встань, когда с тобой разговаривают! — сквозь зубы прошипел, Володька. — Колька! — крикнул  товарищу. — С нами разговаривать не хотят!

 Раскачиваясь, задевая стулья,  через зал двинулся Николай.

 И этот набрался. Спортсмен! Завтра Ильич ему задаст по первое число! Промелькнуло в голове у Сережи.

 Николай приблизился к столу, и, не удержавшись, упал на Сергея.

 — На ногах не держишься! — подставил к его груди ладонь. Сергей. — Тебе пить нельзя!

 — Сам знаю, что мне можно, а что нельзя! Ты мне не отец! — Колька, раскачиваясь на нетвердых ногах, с трудом удерживает равновесие.

 — Коль, с нами разговаривать не хотят! —  пьяно заскулил, Мишка. — Я ему говорю, отстань от сестры, а он воображает. Ставит себя выше нас. Зазнался, паскуда!

 — Кто паскуда? Кого  обзываешь? — Колька размахнулся и ударил Мишку в лицо.

 Мишка покачнулся, осел на стул, уткнулся  носом в салат.

 — Ты кого бьешь, падла! — Володька замахал руками перед носом Николая.

 — И тебе врезать! Получай! — Колька с размаху двинул кулаком  Володьке в глаз.

 — Ребята! Вы с ума сошли! — Сергей встал между Николаем и Володькой.

 — Ты кто такой! Чего лезешь! — подступил к нему Николай. — тяжелый кулак мелькнул перед лицом Сергея. В глазах  потемнело. 

 — Да он совсем озверел, ребята! Поддай ему, что стоишь? — Володька подтолкнул Николая.

 Володька прыгнул на спину Сергея, вцепился  в волосы.

 Сергей резко повел плечами, сбросил обидчика. Но сбоку в челюсть  нанесли сильный удар. Дикая боль заставила взвыть. Упал на пол.  Кто-то ударил его в низ живота.  Сергей охнул,  почувствовал, как заныла печень. Еще удар под левое ребро. Нестерпимая боль выключила сознание.

 — Прекратите сейчас же! — метрдотель вцепился в рукав Михаила. Тот дернулся в сторону, ткань затрещала. Рукав разошелся  на плече по шву.

 — Ах, ты, мразь! — Мишка  поднял кулак над головой мужчины.

 — Милиция! Милиция! — закричал тот,  срывая голос, и выбежал в коридор.

 Посетители кафе замерли. Вмешиваться в драку подвыпивших друзей никто не решается. 

 — Они угомонятся, поверьте! — седовласый полный мужчина за столиком у колонны, погладил руку высокой худощавой соседки. — Не нервничай, Сонечка! Тебе нельзя волноваться!

 Сонечка, закрыв лицо узкими ладошками, заплакала навзрыд.

 Посетители за столами у эстрады,  встали. Высокий мужчина лет сорока, дрожащими пальцами, путаясь в складках ткани, вытащил из кармана брюк, положил смятую купюру под заполненную закуской, тарелку. Их ужин только начался. Но страх оказаться свидетелями драки,  одержал победу над аппетитом.

 — Скорее же, скорее! — толкнула партнера полная дама. Встав со стула,  потянула норковую горжетку, набросила на обнаженные плечи.

 — Почему замолчали? — директор, кафе,  подбежал к сцене. Лица музыкантов вытянулись от страха,  на побледневших щеках играют нервные мускулы. Наконец,  скрипач, прижал подбородком инструмент, тронул смычком струну. Нелепый мотив разнесся по притихшему помещению, где слышны только наносимые по человеческому телу звуки  безжалостных ударов. Пианист тихонько подыграл на басах.

 — Господи! Когда же милиция подъедет!? — прижал ладони к разгоряченным щекам, мужчина. — Все клиенты разбегутся. Вечер испорчен! Сгорела выручка! Господи! За что!?

 Николай больно загнул Мишкину руку за спину.

 — Ты руки не распускай. А то тебя живо загребут. Чужих, не бьем, ребята! — гулко разнесся его крик по залу. — Тащи его на улицу!

 Мишка потер руку, несколько раз сжал и разжал пальцы.

 — Ты мне руку вывихнул! — подступил  к Николаю.

 — Сейчас не время выяснять отношения! —  толкнул Мишку Николай. — Тащите его, а то сейчас милиция нагрянет!

 Под зазвучавшие бравурные аккорды, Николай и Володька вцепились в лаковые ботинки неподвижного Сергея и потащили по красной ковровой дорожке к выходу, оставляя тонкий кровавый след.

 Мишка бежит вслед.

 — Убили! Мы убили Сережку! Что теперь будет! Наташка! Она не переживет! У них любовь!

 — Заткнись! — оглянулся Володька. — Не скули! На воздух вытащим,  быстро очухается!

 — Тяжелый, падла! — сквозь зубы, процедил Николай, волоча за ногу безжизненное тело,  равнодушно наблюдая, как голова Сергея считает ступеньки выходной лестницы.

 — Все! Больше не могу! — Тяжелый, гад! — Владимир отпустил ногу Сергея, ладонями потер поясницу. — Ноет, зараза!

 Мишка наклонился над Сергеем!

 — У него кровь на голове.

 — Наверно ударился  об стол, когда падал! — сплюнул Колька. — Я его по голове не бил!