Читаем У меня есть план полностью

— Ну хорошо, раскусить нас будет трудно: мы, в конце концов, не только на себя, но ина женщин вообще мало похожи. Но представь себе: заявляемся мы к легионерам, и что? Здрасте вам! Возьмите нас к себе! Эту часть плана мы совсем не продумали.

— Надо пораскинуть мозгами, — решила Элька и задумалась. Долго думала, минуты две.

— Все, придумала. Сделаем, как у Шекспира… Ну, почти. У него: «Быть, или не быть», а у нас будет: «Эъ, была не была!» Все, пошли…

Уже за воротами Одигора сестры, как и предписывалось, оторвали от растения по три зе-леных листика, проглотили, а по три фиолетовых спрятали на себе. Некоторое время они простояли молча, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Посмотри на небо! — вдруг воскликнула Элька. — Ты видишь то же, что и я, или у меня галлюцинации?

— Нет, не галлюцинации, — медленно проговорила Лана, как завороженная глядя на небо.

Там, среди многоцветия звезд, зеленые выстроились в пунктирную линию, уходящую вдаль, на север.

— Звезды показывают нам дорогу! — по детски обрадовалась Элька. — а моя чуйка и встро-енный компас подсказывают нам, что идти не так уж долго. Вперед, сестра?

Конечно вперед, — бодро согласилась Лана. — Только давай хлебнем водочки для храбро-сти. Ну, и для тонуса, так сказать.

Перед тем, как двинуться в путь, нетрезвые женщины на всякий случай спрятали в кустах сумку с ипсосом, надеясь забрать ее по возвращении домой. Потом, поддерживая друг друга и слегка пошатываясь, пошли на север, ориентируясь на звездный пунктир.

— А мы пойдем на север! А мы пойдем на север! — дурачась, пропищала Элька.

— Как ты видишь хоть что-то своими крохотными глазенками? — хихикнула Лана.

— Будь покойна, — фыркнула ее сестра. — Вижу еще как! А ты будь осторожна: как бы мне не пришлось тебя нести, когда ты переломаешь сои дистрофические ножки. Кстати, нам имена надо придумать. Давай, я буду Нердолой? Ужасно блевотное имечко!

— А меня будут звать Дарталия. Тоже идиотически звучит…

Все-таки шиза конкретно покосила их ряды! Почему девицы так озаботились новыми име-нами и совершенно не озадачились созданием своей легенды? Надо же будет объяснить легионерам, кто они такие, откуда, на фига приперлись. Забыли, наверное. А может, до та-кой степени понадеялись на свое «Эх, была не была!»

И, как позже выяснится, не зря надеялись. Все-таки Бог о дурака заботится.

Ближе к рассвету, когда сестры брели по какому-то странному лесу с будто поседевшими деревьями, их окликнул визгливый голос:

— Эй, стойте! Вы кто?

Из-за деревьев вышли две тощие черноволосые девицы в темном.

— А вы кто? — надменно спросила Элька и пошла ва-банк: — Мы-то идем к своим, чтобы при-соединиться к соратникам господина…

Бредятина прошла на ура, а идиотки уже сами все домыслили.

— А, так вы тоже к Ангелам Тьмы? — радовалась одна «оглобля» — Вы, наверное, из болот Экмера?

— Откуда же еще? — проверещала Лана. — Не из Одигора же, не из Чертога Света и Надежды!

Все три худышки залились визгливым смехом.

— А мы из Эугана, — не унимались тетки. — Можем пойти вместе. А вы знаете, что Демоны Света уже в полном составе?

— Демоны Света? — не поняла Лана-Дарталия.

— А так Ангелы Тьмы называют светлых магистров. К ним уже присоединились ведьмы из какого-то другого мира, и наш отец нам сказал, что они — вылитые демоны!

— А кто у вас отец? Откуда он все знает? — поинтересовалась Лана.

— Так он очень долго служил советником у тамошнего короля, а мы часто отца навещали. Теперь он пропал, и мы надеемся встретить его у Ангелов. Так вот, светлых магистров снова пятеро, так что темный господин может вернуться очень скоро…

Пока Лана-Дарталия заговаривала глупым болтливым бабам зубы, Эля-Нердола медленно заходила им ща спины. Как раз в том момент, когда одна из дочерей Бенрика легкомысленно сообщила, что надо сказать перед воротами обиталища легионеров тьмы, Элька резким движением больших пальцев ткнула теткам в точки за ушами. Дочери предателя-советника рухнули, как подкошенные.

— Ну, вот так как-то, — скромно прокомментировала она, глядя на поверженных идиоток. — Вот видишь, все образовалось само собой. Мы явимся к легионерам как дочери Бенрика. Хоть в чем-то этот старый тощий гусь оказался полезным.

— Облом будет, если урод не сгинул, а сидит там, у легионеров и дочурок поджидает, — скептически заметила Лана.

— Не каркай! — вызверилась на нее сестра. — Как-нибудь выкрутимся. А вот что с этими? А ну как очухаются и попрутся дальше? Может их того… утопить?

— Негде, — сокрушенно вздохнула Лана. — Да и нечего марать руки об отродье Бенрика. Кстати, сворачивать им шеи, резать или душить мы их тоже не будем. Есть способ лучше.

Она сделала рукой замысловатый жест, пробормотала себе под нос и, сложив губы трубочкой, выдохнули струйку мельчайших голубых пузырьков.

— Этому я, будучи у эльфов научилась. Очнутся красотки с замутненным рассудком и пол-ностью потеряв память. Не будут помнить ни как их звать, ни кто они такие, ни как здесьока-зались Так и будут бродить по свету…

Лана и Элька допили водку, выдули коктейль, покурили и выкинули зажигалку и сигареты.