Читаем У камина. Выпуск 3 полностью

Раньше мы жилили в маленькой двухкомнатной квартире на первом этаже, пока не съехались с бабушкой. Точнее, это бабушка моей мамы, а мне она уже даже прабабушка. Но так я её никогда не называю. И как мы все знаем, с возрастом наступает старческий маразм, но это точно не про неё. Несмотря на свой преклонный возраст, а ей, так, на минуточку, уже 88 лет, и она пережила блокаду Ленинграда, держится она молодцом. Мы все её очень любим и заботимся о ней, как велит нам сердце и понятие о том, что старость надо уважать.

Но не об этом сейчас. Я хотела рассказать вам об одном загадочном случае, который произошёл на днях, конечно, не без участия моей дорогой бабушки.

Я вернулась со школы домой. Родители где-то отсутствовали, то ли на работе, то ли просто уехали по делам. А мой брат, который вернулся со школы чуть раньше меня, как обычно смотрел телевизор. Да, кстати, хочу вас с ним познакомить. Его зовут Артём, он младше меня на два года. И он футболист. Да-да, не будущий футболист, а уже в этом возрасте его можно так называть. Вы даже представить себе не можете, сколько сил и времени он тратит на свои тренировки. Так что я даже не сомневаюсь в том, что он будет великим футболистом.

Так вот, придя со школы, я как обычно бросила свой рюкзак в коридоре. Повесила пальто на вешалку, в рукав запихнула шапку, стащила со своих изящных ножек дурацкие ботинки и летящей походкой отправилась на кухню к холодильнику. Я всегда прихожу со школы очень голодная, и мне кажется, что я могу съесть целого слона. Я достала кастрюлю с наивкуснейшим гороховым супом, мечтать о котором начала уже после первого урока. При мыслях о том, как я буду его есть с поджаренными гренками, у меня начинало урчать в животе. Налив себе суп и поставив греться его в микроволновку, я пошла к бабушке в комнату спросить, не хочет ли она составить мне компанию и пообедать вместе со мной.

Бабушка сидела на своём стуле у окна, теребя в руках какую-то тряпочку, которую она, видимо, использовала вместо носового платка. Она посмотрела на меня своими покрасневшими глазами, и мне стало понятно, что она плакала. Я раньше никогда не видела, как она плачет. И это на какое-то мгновенье ввело меня в ступор. Я не задала ей вопрос, будет ли она есть, потому что бабушке явно в тот момент было не до этого. Да и сама я есть, глядя на эту картину, как-то перехотела.

– Бабуля, что у тебя случилось? – спросила я её.

– Меня обокрали. Украли все мои деньги. Как мне теперь жить?

И она снова заплакала, сморкаясь в ту самую тряпочку, которую всё это время не переставала теребить в своих руках.

В моей голове в одну секунду возникло куча вопросов. Обокрали? Когда? Видела ли она, кто это сделал? Запомнила ли она их лица? Кто их впустил в квартиру? Родители в курсе? Зайдя домой, я не заметила ничего странного. Вроде бы всё было на своих местах. Хотя надо будет внимательно проверить, может эти воры ещё что-нибудь вынесли. Но я не успела задать ей даже ни один из этих вопросов, как она ошарашила меня ещё больше.

– Это Артём. Это он украл у меня все мои деньги.

Увидев на моём лице нескрываемое удивление, она на секунду остановилась, а потом продолжила говорить трясущимся голосом:

– Я не знала, что доживу до тех дней, когда собственные внуки обкрадут меня до нитки. Чем я всё это заслужила? Я всё жизнь вкалывала, как лошадь. Я прошла войну. Я пережила блокаду. И тут на тебе, такое, от родных людей.

Я поняла, что бабушку надо срочно успокоить, а то так и до инфаркта недалеко. Сказав ей, что всё будет хорошо и волноваться не стоит, я предложила дождаться родителей, которые во всём разберутся.

То ли от того, что я нашла подходящие слова. То ли от того, что она просто выговорилась, бабушка перестала плакать. Она сделала глубокий вдох, затем длинный выдох и окончательно успокоилась. Я вспомнила о том, зачем я вообще пришла в её комнату, и предложила ей поесть. От супа она отказалась, но попросила принести ей чай.

Придя на кухню, я поставила чайник, сделала пару бутербродов с сыром и ничего не сказала Артёму, который даже не подозревал о том, какой нервный срыв сейчас в комнате пережила бабушка, а вместе с ней и я.