Читаем У границы мрака полностью

Третий означал интеллектуальный запрос и представлял собой анализ контактов со всеми системами, разработанными создателями и развёрнутыми в космосе, а также позволял Копуну оценивать и встречавшиеся формы жизни. В данном случае именно этот уровень отвечал за анализ поведения людей и поиск места их обитания. Кроме того, данный слой мышления вполне соответствовал уровню сообразительности людей, представлявших собой отдалённых потомков создателей Копуна.

Четвёртый слой являлся сугубо технологическим: Копун постоянно сравнивал основную программу своей деятельности как автоматического командного пункта для активации ответного удара с поступающей извне информацией о поведении противника и мог в любой момент ответить на угрозу. Не мог он только одного – выполнить главную функцию – включить систему «мёртвой руки», которая позволяла инициировать ответное возмездие агрессору.

Во-первых, команды от создателей на включение системы он так и не дождался.

Во-вторых, ответно уничтожать уже было некого. По тем данным, которые Копун получал от систем разведки из всех районов видимой Вселенной, от врагов создателей не осталось ничего, кроме редких уцелевших баз и форпостов. Таких, как база самого Копуна на планете-«бублике».

И, наконец, пятый слой мышления этого квазиразумного организма уходил в интеллектуальные высоты, потому что он мог рассуждать и об абстрактных вещах, владея великолепной памятью, в которую были заложены не только координаты звёзд и планет врагов создателей, но и научно-естественные парадигмы, объясняющие принципы существования доменов Вселенной с разными свойствами и физическими законами.

Так, последними темами мыслительного процесса Копуна были: существование первичных чёрных дыр, оставшихся после рождения Вселенной в результате Большого взрыва (их ансамбли могли представлять собой протяжённые разумные системы и помочь ему найти координаты переселившихся куда-то создателей), и существует ли что-то за краем видимой Вселенной, за Бесконечностью и Вечностью, о чём когда-то размышлял и главный конструктор Вестника. Копун любил эту тему, возбуждающую все его интеллектуальные структуры, но проблему решить не мог, так как не получал ниоткуда дополнительной важной информации. Лишь встреча с землянами заставила его переоценить своё информационное наполнение и подвигла к поискам недостающего. А начать он решил, имея запас девиации креативности (напрочь отсутствующей у человеческих интеллектуальных изделий), с поисков следов своих создателей. Прямых указаний о путях их бегства с обустроенных планет галактики у него не было, но он смог сопоставить разрозненные сведения и в конце концов определил направление, куда ушла часть толкиновцев, как опять же называли его создателей люди.

Первым делом, после того как Копун покинул стойбище человечества – Солнечную систему, он направился «домой», то есть в систему звезды под названием Свеча, располагавшейся в рассеянном звёздном скоплении на расстоянии пятнадцати тысяч световых лет от Земли. Вокруг этой звезды класса К (по определению земных астрономов) и обращалась планета-«бублик» Толкин.

Там вовсю трудились земные исследователи, и Копун не стал их пугать своим видом, накинув на «вселенолёт» пузырь невидимости.

В системе Свечи ещё сохранились остатки автоматических пограничных модулей, замаскированные под спутники планет, и Копун снова тщательно ощупал их в поисках упущенных ранее деталей войны.

Ему повезло: компьютер одного из модулей ещё не умер окончательно, и, реанимировав его, Копун отыскал записи переговоров обитателей системы, из которых можно было воссоздать примерный путь бегства одной из групп военных к центру галактики. Сопоставив данные, Копун утвердился в своих предположениях и, будучи энергетически независимым, прыгнул к звезде, у которой должна была остаться (если её не уничтожили) база переселенцев.

Звезда находилась во втором звёздном рукаве галактики (люди называли её KELT-9b в созвездии Лебедя) и была окружена шестью планетами-великанами (больше земного Юпитера), одна из которых – самая ближняя к звезде – и приютила переселенцев.

Однако теперь это был экзотический объект с необычными свойствами, похожий на остывающую звезду.

Её атомарная атмосфера, разогретая почти до трёх тысяч градусов, представляла собой смесь паров железа, титана и кремния, а поверхность превратилась в океан жидкого металла с температурой больше четырёх тысяч градусов. Разумеется, таковой она стала после энергетического удара противника жителей планеты (Копун узнал об этом позже) и спустя сто пятьдесят миллионов земных лет после окончания войны лишь немного остыла.

Копуну снова повезло: он обнаружил базу своих создателей, прятавшуюся в недрах одного из спутников соседней планеты, а также смог прочитать записи её компьютера и восстановить картину происшедшего.