Читаем Тысячи осеней. Том 1 полностью

Безусловно, в этой истории переплелось очень многое. Кое-какие зацепки Шэнь Цяо уже нашел, однако распутать этот клубок загадочных событий пока не удавалось – главная нить, за которую потянешь – и все разойдется, так и не попала ему в руки. Неизвестного еще хватало с избытком.

Подумав об этом, Шэнь Цяо со вздохом подытожил:

– Похоже, глава Янь прав, и я не слишком-то осведомлен, каково положение дел в Поднебесной. Как говорится, прежде я глядел на мир со дна колодца и всем был доволен, упорствуя в своей косности. В истории с Юй Аем мне следует винить лишь себя, ведь это мое невежество не позволило разгадать замыслы шиди ни тогда, ни сейчас.

– Да сколько же в тебе сострадания! – насмешливо отозвался Янь Уши. – А ведь недаром говорят: один силач десятерых мастеров стоит. Каким бы ни был хитроумным план, все можно разрушить грубой силой. Если хватает мощи, можно вырезать хоть всю обитель. Тем более, решившись на предательство, они должны понимать, что рано или поздно ты вернешься, дабы свести с ними счеты. Или, узнав, что их вело, ты тут же всех поймешь и простишь?

Судя по всему, Янь Уши привык следовать правилу «если что не по тебе – просто убей», и Шэнь Цяо затруднялся что-либо противопоставить его воззрению.

– Пусть вы так говорите, но судите сами: Юй Ай подчинил себе всю обитель Сюаньду. И мои соученики, и старейшины Пурпурного дворца молча признали его главой. Даже дашисюн, человек кроткий и безобидный, считает, что шиди Юй гораздо лучше меня справляется с обязанностями главы. И за это я должен их всех вырезать? Да эти люди – опора Сюаньду, если их не станет – не станет и самой школы!

– Ну что ж, ты можешь восстановить былые умения и вернуть себе пост настоятеля-чжанцзяо, да только былую дружбу с соучениками никак не вернешь, – ядовито добавил Янь Уши. – Они уже предали тебя, их поступок засядет у тебя в голове, как кость в горле. Быть может, ты сумеешь позабыть былые обиды и раздоры, да только поверят ли они, что ты их действительно простил? – с этими словами он наклонился к Шэнь Цяо близкоблизко, да так, что тот почувствовал на коже чужое дыхание. Испытав неловкость, Шэнь Цяо отвернулся.

– У каждого человека найдутся дурные помыслы, – следом возразил он. – Вся разница в том, что кто-то искушается и творит зло, а кто-то – нет. С какой стати я должен кого-то осуждать?

– Неужели? Значит, дурные помыслы есть и у тебя? – не преминул поинтересоваться Янь Уши. – Не поделишься со мной?

Шэнь Цяо хотел было отпрянуть, но чужая рука удержала его за поясницу, и он сумел только чуть откинуться назад. Притом он и сам не понял, как его зажали в угол, да так, что теперь Шэнь Цяо совсем прилип к стене у кушетки. По-видимому, над ней висел какой-то свиток, и его нижний валик больно впивался в спину под лопатки.

А Янь Уши все не унимался:

– А-Цяо, поделись со мной своими дурными помыслами…

От того, как Янь Уши произнес «А-Цяо», у Шэнь Цяо мороз побежал по коже. Однако на его лице отразился не страх. Он и сам не заметил, как оказался очарован низким голосом, и до того, что, словно в забытье, раскрыл рот и послушно начал:

– Я…

Но тут в дверь постучали.

Шэнь Цяо вздрогнул и мигом пришел в себя.

– Вы использовали на мне неправедное искусство очарования?!

– То была «Демоническая песнь, что льется в сердце». Как помнишь, школа Обоюдной Радости, равно как и Чистая Луна, произошла из школы Солнца и Луны, и, само собой разумеется, я тоже владею искусством очарования. Глупышка Бай Жун! Ей еще учиться и учиться. Послушаешь ее разок – и уже ни за что не попадешься на крючок.

Хотя намерения Янь Уши раскрыли, он ни капли не смутился, а даже наоборот: стал держаться до того гордо, словно оказал Шэнь Цяо величайшую милость, использовав на нем «Демоническую песнь». Разве мог Шэнь Цяо, человек тихий и скромный, переспорить такого сумасброда? Не выдержав, он расхохотался и воскликнул:

– Неужели глава Янь, чего доброго, еще скажет, что я должен благодарить за эту честь!

– А то, – ничуть не сомневаясь, согласился Янь Уши. – Благодари.

К счастью, в комнату вошел слуга с подносом, на котором стояла миска с отваром, чашки и легкие закуски.

– Ваш целебный отвар, господин. Как и велели, приготовили по вашему рецепту. Вдобавок к нему напиток из семян лотоса и кое-какие сладости. Прошу к столу перекусить, к обеду мы подадим все остальные блюда.

Разумеется, целебный отвар следует готовить в лекарственной лавке, а вовсе не в гостинице, но что поделать? Янь Уши платил за услуги щедро. Можно сказать, едва переступив порог постоялого двора, он тут же озолотил всех слуг, и те закономерно решили, что у него денег куры не клюют. С тех пор они из кожи вон лезли, лишь бы угодить такому постояльцу.

Забрав миску с подноса, Янь Уши повернулся к Шэнь Цяо и сказал:

– Ты получил тяжкие раны и внутренние повреждения, тебе нужно отдыхать и поправляться. Этот отвар ускорит выздоровление. Давай-ка устраивайся, а я покормлю тебя с ложечки.