Читаем Тыл-фронт полностью

В сопровождении трех солдат с овчарками рабочая команда устало побрела на отдых. Вконец обессиленного Ли Фу несли на руках товарищи. Шестнадцатичасовой труд в подземелье высосал из людей все жизненные соки. Окрики конвоя уже не действовали, и солдаты, чтобы ускорить движение, время от времени натравляли на задние шеренги собак. Псы рвали вместе с одеждой человеческие тела.

В Сибуни добрались к заходу солнца. На пустыре, в центре деревушки, команду ожидал Танака.

— Направляйте ко мне по одному! — приказал он унтер-офицеру.

От строя к нему потянулась цепочка. Бегло оглядывая рабочих, Танака или молча толкал палкой жертву вперед, или отбрасывал в сторону, выкрикивая:

— В тринадцатую фанзу!

После осмотра одну группу погрузили на машину и увезли. Вторую, в которую попал Ли Фу, загнали в лесную низкую фанзу. Товарищи уложили Ли Фу на холодный кан. Чтобы лечь всем, в землянке не хватало места. Обессиленные люди опускались на корточки на земляной пол и сразу забывались в полуобмороке. Воздух в низеньком помещении становился нестерпимо душным и смрадным. Люди стонали, выкрикивали, метались.

В сумерки дверь фанзы широко распахнулась.

— Выходите, господа китайцы, на угощение! — весело выкрикнул Фусано.

Человек пять, сидевших ближе к двери, нехотя поднялись и выбрались наружу. Фусано принялся пинками расталкивать остальных.

— Скорее, скорее! А то угощение остынет, — поторапливал он. Добравшись до Ли Фу, Фусано ударил его ногой несколько раз. — Тебе нужно особое приглашение? — Он зажег спичку. Взглянув на безжизненное, с приоткрытым ртом лицо Ли Фу, присвистнул: — Этот и без угощения сыт.

Фусано обшарил его карманы, выловил несколько мелких монет. Возвратившись к машине, доложил:

— Все, господин младший унтер-офицер! Можно, начинать. Один только дохлый там остался.

Зная жадность Фусано, Кои подозрительно покосился на него, но ефрейтор с твердостью праведника выдержал взгляд. Повернувшись к китайцам, унтер-офицер объявил:

— Сейчас я вам выдам ужин. Завтра вы получите по пять… по десять кан рису. Но, кроме того, вы можете закупить его по дешевой цене сколько угодно. Кто хочет — выходите ко мне и сдавайте деньги. Можно и хорошие вещи. А завтра получите рис, много, много рису.

Хитрость с продажей риса изобрел Фусано. Она помогала без особого труда отбирать у китайцев последние деньги. Человек восемь направились к Фусано, остальные обступили унтер-офицера.

— Действуй, Фусано! — приказал Кои.

Отравление людей для этих двух стало будничным занятием. Их теперь больше беспокоило, чтобы кто-либо из обреченных не оставил у себя чего-нибудь стоящего — мелкой монеты, какой-нибудь вещицы.

Фусано набирал черпаком кашу и бросал в подставленную посуду. Заметив растерянность стоявшего перед ним без посуды китайца, Фусано снял с него шапку и высыпал в нее кашу. Дальше пошло быстрее: кто подставлял полу изорванного пиджака, кто — подол рубахи, кто — просто тряпицу. Голодные люди быстро проглатывали пищу.

После ужина и обыска команду снова затолкали в землянку. К Ли Фу пробрался пожилой китаец.

— Я принес тебе немного каши, покушай, — предложил он.

— Пить, — слабо попросил Ли Фу.

— Захватил немного и воды.

Поправив голову Ли Фу, пожилой достал из-за пазухи небольшую тряпку и крепко сжал ее в руках. На пересохшие губы Ли Фу потекла тоненькой струйкой вода, он жадно ловил ее ртом. Подошли еще два товарища и выжали воду из своих тряпиц.

Ли Фу снова забылся в тревожном болезненном сне. Разбудили его душераздирающие вопли. Ли Фу ничего не мог понять: в темноте люди рвали на себе одежду, корчились, грызли мокрую землю и кричали…

Очнувшись вновь, Ли Фу открыл глаза и прислушался. Жуткая мертвая тишина. Он резко сел и непослушными руками ощупал своего соседа. Тот был мертв. Ли Фу протягивал руки влево, вправо и натыкался на безжизненные тела. Слезы боли и гнева катились по его худым щекам.

Потом снаружи к двери кто-то подошел и, очевидно, прислушался.

— Готовы! — донесся к Ли Фу скрипучий голос.

— Вызывай машину! — приказал второй.

Ли Фу прилег. Загремел засов. Дверь справа немного открылась, потом широко распахнулась, в землянку ворвался свежий воздух. Из дальнего угла донесся слабый стон. Стоявший у двери отошел. Ли Фу услышал торопливые удаляющиеся шаги. Он поднял голову, напрягая силы, подполз к двери, выбрался из фанзы и скрылся в темноте ночи.

* * *

За последнее время стрельба в пограничном районе стала редкостью, и потому ночная перепалка обеспокоила капитана Козырева. Усилив наряд и держа лошадей под, седлом, он прилег, не раздеваясь, на диван и так проспал до утра. Утром дежурный доложил, что японские пограничные посты удвоены. Из этого Козырев заключил, что ночью к границе пробивались китайские партизаны. Такие случаи бывали и раньше. Только на прошлой неделе на соседнем Воропаевском направлении партизанский отряд Сюн Ши-чена дал японцам бой и перенес через границу тяжело больных Сыпным тифом бойцов.