Читаем Ты моя цель (СИ) полностью

-Вы счастливые, у вас малыш будет,- Катя не могла не повысить голос, чтобы слышали все, а именно ухмыляющийся водитель,- Дети - цветы жизни нашей, не так ли?

Кажется, зеленоглазый что-то со смехом отвечает, что смешит и рыжеволосую, но Кира не уловила слов молодого человека, неожиданные тёмные пятна заплясали перед глазами, заставляя поднять голову с колен подруги.

-Всё хорошо?- уточняет та, и Кира кивает.

Но хорошо не было. Было плохо и с каждым поворотом становилось хуже. В машине укачивало, бросала в жар и непривычное чувство клаустрофобии, которое никогда не было испытано девушкой. До сегодняшнего дня. Всё произошло быстро, что заставило недоумённо замереть, затаить дыхание, непонимающе обхватить живот и поджать ноги.

-Нет,- выдохнула Кира, в панике цепляясь за рыжеволосую,- Нет-нет!

-Кира?- лицо девушки поплыло перед глазами,- Твою мать!

-Что случилось?- приглушённо звучит голос зеленоглазого, точно замедленная съёмка активировалась в неподходящий момент.

-Я не уверена,- суетилась Катя, доставая из сумки первое попавшееся полотенце,- Но мне кажется, мы рожаем.

-Нет-нет,- при последнем слове Кира будто оживилась, активно качая головой,- Рано, очень рано! Так не должно быть!

Затуманенный взгляд останавливается на рыжей, которая прекратила свои суетливые действия, чуть приоткрыв рот то ли от шока, то ли от ужаса.

-Что?

-Ничего,- довольно резко отмахнулась та, заставляя подругу отнять руки от живота и облокотиться о сидение. Кира так и поступила, с замиранием сердца замечая, как Катя убирает с глаз долой чуть окровавленное полотенце.

-Саша, жми на газ!

Резкая боль внизу живота вызывает громкий стон и слёзы, крупными каплями приземлившиеся на живот.

-Господи,- задохнулась от боли Кира, переживая ещё один болезненный удар и ещё, пока боль не становится настолько сильной, что стонами ограничиться просто невозможно.

-Чёртова пробка!- слышится крик Александра и громкий стук, наверное, удар по рулю, а после протяжный сигнал, с которым автомобиль продвинулся дальше по дороге.

-Потерпи, дорогая,- шепчет Катя, сжимая руки подруги, которая так и норовит схватиться за живот и избавиться от острых ощущений:

-Не должно быть так больно,- хнычет она, содрогаясь при малейшем болезненном толчке. А они не прекращаются, нарастают и становятся невыносимыми. Наконец, боль становится настолько нестерпимой, что сознание теряется, чему девушка могла только порадоваться.

***

Стук каблуков отдавался в пустом коридоре с повышенной громкостью, заставляя при каждом шаге напрягаться и потирать переносицу. Александр повторил это движение в сотый раз, наблюдая за вышагивающей женщиной.

-Остановись,- приказал Евгений жене, указывая на кресло возле себя,- Лучше посиди, уже час здесь расхаживаешь.

Она не услышала его слова, а может, услышала, но не предала им значения, продолжая выхаживать взад и вперёд по длинному коридору, в напряжении останавливаясь около фотографий новорождённых детей, а после вновь вышагивала.

-Всё будет хорошо,- зеленоглазый почувствовал прикосновение к своему плечу, не сразу поняв, что это Евгений, пересевший к нему на диван,- Кира, девчонка боевая, со всем справится.

Александр оказался способен лишь на кивок. Его пальцы произвольно скручивались между собой, бледнея и краснее с каждым движением.

-Ты меня слышишь?

Ещё один кивок. Евгений сжал плечо молодого человека:

-Всё будет хорошо,- повторяет он, добиваясь реакции зеленоглазого:

-Врачи сказали, что это преждевременные роды,- голос оказался хриплым, словно не заговаривал многие годы,- Почему она потеряла сознание?

-Врачи знают, что стоит делать,- мужчина приобнял зеленоглазого,- Всё наладиться, мы все будем здоровы.

Женщина остановилась перед Александром, будто только что вспомнила и пока не забыла, решила уточнить:

-Тебе поменяли повязку?

Вновь кивок и не единого слова.

-Хорошо,- невнятно пробормотала женщина, продолжая шагать от картины к картине.

Евгений покачал головой и поднялся с дивана:

-Ещё немного и я точно сойду с ума!

Александр закрыл лицо руками, делая глубокий вдох и выдох, стараясь привести себя в чувство. Лучше не становилось, дрожь в теле не прекращалась. Он с трудом мог вспомнить, когда последний раз пребывал в таком состоянии - состоянии, когда осознание потери окутывает всего тебя, а ты ничего, ничего не можешь сделать. Зеленоглазый всегда избегал этого чувства или оно избегало, сейчас же, как не старайся, избежать неизбежное невозможно.

-Я принесла кофе,- в поле зрения мужчин появилась Катя, осторожно приближаясь к ним со стаканчиками в руках,- Кто хочет?

-Пойду, покурю,- оповестил Евгений, покидая больничный коридор, но не один, зеленоглазый пошёл следом за ним, оставляя рыжую в растерянности.

-Я, дорогая, не откажусь,- мама Киры нежно улыбнулась, дрожащими пальцами принимая стаканчик кофе.

-Как думаете, долго продлиться операция?

-Я не знаю,- женщина проморгала слёзы,- Я никогда подумать не могла, что моей девочке будут делать кесарево сечение. Врачи всегда говорили, что она здоровый ребёнок.