Читаем Ты лучше всех полностью

Из чего Тесса заключила, что Эвелин нравится жемчуг. Прохладный душ изгнал остатки сонливости, а румяна и прочий макияж вернули ей почти здоровый вид. Эбби выбрала для матери вишневое платье из мягкой шерсти тончайшей выделки — подарок Эвелин. Оно оказалось точно по фигуре и идеально облегало миниатюрные формы Тессы, цвет тоже был ей к лицу. Сама она, даже будь у нее деньги, никогда не купила бы себе подобный туалет, но, сунув ноги в туфли на высоких каблуках и посмотревшись в зеркало, Тесса осталась довольна собственным обликом.

— Мам, смотри, тут папина фотография.

Эбби, пока Тесса одевалась, рылась в ящиках туалетного столика и теперь протягивала матери какой-то снимок. Тесса взяла его и бездумно взглянула на изображение. И вдруг сердце неприятно защемило, внутри будто что-то опустилось. Она вгляделась внимательнее. На фотографии был запечатлен Мэтт с высокой блондинкой. Он обнимал ее за плечи, она что-то говорила ему, очевидно забавное, судя по его расплывшемуся в улыбке лицу. Как показалось Тессе, оба были настолько поглощены друг другом, что даже не подозревали о существовании снимающего их фотографа.

Тесса разжала пальцы, и снимок выпал из рук. Она вытерла внезапно увлажнившиеся ладони салфеткой. Это еще ничего не значит, убеждала себя молодая женщина. Возможно, фотография сделана несколько лет назад, Мэтт ведь почти не изменился внешне со дня нашего знакомства на Кипре. Ну, а эта женщина, вероятно, его былая страсть… Но почему блондинка?

Страх, испытанный ею в больнице, вновь дал знать о себе в полную силу. Это и есть Белинда Кроксли? Но ведь Белинда — подруга Хелен, а женщина на фотографии на вид гораздо старше Хелен, и даже старше Мэтта — ей, вероятно, за сорок. А разве у Хелен не может быть подруг, которые старше лет на десять — пятнадцать?

— Где ты это нашла? — спросила Тесса дочь.

— Здесь. — Эбби показала на пустой ящик.

Может быть, эта женщина гостила в Стэффорд-Хаусе и спала в той самой комнате, которую теперь отвели мне? Тесса опять взяла фотографию и перевернула. «Мэтт и Сью» гласила надпись на обороте снимка. Значит, это не Белинда. Наверное, Сью действительно ночевала в этой комнате и сунула фотографию в ящик, намереваясь забрать при отъезде, но забыла или сочла, что она ей не нужна, с надеждой подумала Тесса.

И все же она допускала и другую, более зловещую вероятность. Не исключено, что именно эта женщина нанесла ей среди ночи визит в больницу, желая излить свой яд. Наверняка сказать нельзя: у женщины на фотографии хорошее настроение, лицо веселое, оживленное, без тени враждебности в чертах, которой дышал весь смутный облик ночной посетительницы.

Как Тесса ни напрягала воображение, ясно она помнила только мерцание белокурых волос в темноте палаты, злобный блеск глаз, сверкание бриллиантов, настоящих или фальшивых, и, конечно, удушливый аромат духов. Лицо женщины в полумраке вырисовывалось настолько неотчетливо, что Тесса сомневалась, узнала ли бы свою недоброжелательницу, повстречайся они еще раз при других обстоятельствах. Она боязливо поежилась. Ее не покидало дурное предчувствие, что эта встреча неотвратима.

Заслышав в коридоре голос Мэтта, Тесса швырнула фотографию в ящик и поспешно задвинула его. Если уж не из головы, то хоть с глаз долой, но в любом случае расспрашивать об этом Мэтта она не собирается. Раздался стук в дверь, и в следующую секунду в комнату вошел Мэтт. Тесса выдавила улыбку. Перехватив его восхищенный взгляд, она и думать забыла о сопернице.

— Ты выглядишь потрясающе, — тихо произнес он. — Не желаешь спуститься и выпить чего-нибудь перед ужином?

— А мне можно с вами? — спросила Эбби.

— Нет!

Мэтт подхватил дочь на руки, высоко приподнял и тут же перевернул вверх тормашками. Девочка, хватаясь за его колени, заливалась пронзительным смехом. Тесса с улыбкой наблюдала за их шумной возней. Вот чего до сих пор не хватало Эбби, думала молодая женщина. Конечно, теперь уж я никогда не посмею лишить дочь того, что дает ей Мэтт.

— Если не возражаешь, я лучше уложу ее спать, — сказала Тесса. — К тому же алкоголь мне сейчас противопоказан.

Ей было приятно, что Мэтт остался с ними наверху и, пока Эбби ужинала, читал ей книжку. После еды девочка под присмотром матери почистила зубы и забралась в кровать. Тесса в душе возликовала, когда увидела, что Эбби не изменила своей привычке и, как в былые времена, улеглась спать с затасканной плюшевой обезьянкой, предпочтя ее новым игрушкам.

— Я зайду к тебе позже, — пообещала она дочери, чмокнув ее в щечку на прощание, и, как всегда, испытала прилив глубокой щемящей нежности, когда Эбби в ответ обвила ее шею своими крошечными ручками и тоже поцеловала.

— Я люблю тебя, мамочка, — прошептала малышка.

— Я тоже тебя люблю. — Тесса с минуту смотрела на засыпающую дочь, затем повернулась и осторожно выскользнула из комнаты.